Оставшись без работы после критической практики в СМИ, героиня решает восстановить свою репутацию путем съемок дешевых радиоигр, где она оправдывает свое журналистское прошлое. Однако ее новые занятия не могут скрыть глубокую убежденность в том, что стать настоящим репортером — мечта лишь детства. С каждым новым проектом героиня все больше отдаляется от своих прежних иллюзий, открывая дверь к тайным сторонам журналистики....
Не могу сказать, что удивилась запросу на черепашек-ниндзя. Пока скачивался какой-то по счету сезон, он рассмотрел журналы, поиграл с машиной и съел йогурт.
Минут через тридцать в квартире наступила идиллия. Ваня, открыв рот, смотрел в монитор, поедая свои разноцветные штуки, заедая их йогуртом. Я чистила картошку. Очень-очень люблю жареную картошку с солеными помидорами. На столе, привлекая мое внимание, лежала колбаска. Я ходила по дому в зеленых шортах, розовой майке и красных тапках-зверушках. Волосы забыли, что их утром укладывали, и вились в разные стороны, отчего я походила на одуванчик.
– Ва-а-а-ань, ты будешь картошку?
– Какую? – крикнул он недовольно, я явно отвлекала его от мультика, что ему не нравилось.
– Жареную с помидорами солеными и колбасой.
Сначала было тихо, а потом он крикнул, что не знает. Значит, есть вероятность, что будет.
Я навалила картошку в тарелку побольше и в блюдце. Присоседила по краям помидорки и колбасу. За хлебом пришлось сделать отдельный рейс. Я отодвинула клавиатуру подальше, поставила перед Ваней тарелку, положила вилку.
– Что тут происходит? – спросила я, пытаясь вникнуть в суть происходящего. Ваня к тому времени, уже сунул себе в рот колесо колбасы.
– Они фпафают Микеланвжило, – жуя и по-детски коверкая имя, ответил он. Насколько я помню из своего детства, там были черепахи, названные в честь каких-то художников что ли. Так что я поняла, что Ваня говорит о Микеланджело.
Когда я стала посасывать соленую помидорку, третью уже по счету, в дверь позвонили. Я неохотно встала со стула. Маня, что ли, вернулась? Никак к нам решили всей толпой, как в прошлый раз… Черт, потом Ваня папе расскажет, как его кормили чем попало, еще и пьянствовали толпой целой. Вот, кстати, Таня-то не предусмотрела, что начальник все от сына узнает…"
"Я держала в левой руке обсосанный помидор, а правой открывала двери.
– А… А ты… вы откуда?
Он криво улыбнулся.
– Оттуда. Ваня у тебя?
Я кивнула.
– Войти можно?
Я кивнула. Но осталась стоять на месте.
