Оставшись без работы после критической практики в СМИ, героиня решает восстановить свою репутацию путем съемок дешевых радиоигр, где она оправдывает свое журналистское прошлое. Однако ее новые занятия не могут скрыть глубокую убежденность в том, что стать настоящим репортером — мечта лишь детства. С каждым новым проектом героиня все больше отдаляется от своих прежних иллюзий, открывая дверь к тайным сторонам журналистики....
И тут вечером подходит ко мне Иван и объявляет: 'Если глазки закрыть, то не щиплет и зрение нормальное!'
Вывод: если нельзя и как бы страшно не было, но хочется, то выход для «можно» всегда найдется!!! (история взята с сайта http://umor.onru.ru/story/sbest/page4923.html).
Все похохотали, потрепали Ваньку по макушке, который сидел у компа, любуясь на своих зеленых уродцев-черепах и поедая кусок торта. Отрезала ему по его же многочисленным просьбам.
Дэн уже вообще на ногах не стоял, а Кате звонила девушка ее мечты, интересовалась, когда она будет дома.
Таня вызвалась убрать грязную посуду со стола. Лучше б она этого не делала… пока я тут вела беседы о спорте, эта зараза забила мне раковину морковкой, горохом и еще фиг знает чем. Она на пару со своим мужем, была уже хорошенько гашеная. И когда я потеряла их из поля зрения, то пошла на кухню проверить, чего они там так долго. Господи-и-и-и-и, это было нечто.
Андрей сидел под раковиной, причем под разобранной, ладно хоть ведро додумались подставить. Воняло на кухне, конечно, жутко. Я открыла окно. Так вот, лопоухий Андрюша типа чинил раковину, а его пьяная жена, гладила его по голове и приговаривала: 'Андрюшка, жареное ушко… Андрюшка, жареное ушко…' Жесть просто. В дверь позвонили, я крикнула, чтоб кто-нибудь открыл, а сама стала заглядывать под раковину, пытаясь понять, что там Андрей с ней делает. В кухню вошел Иван, со знанием дела осмотрел место происшествия и сказал:
– М-м-м-м-м, шланг гофрированный, – причем чисто и четко.
Я расхохоталась от такой констатации факта и выпроводила его обратно. А то еще продует ребенка и тогда мне конец. Когда я стояла раком, задним местом к дверному проему, послышалось 'милое':
– Всем приве-е-е-ет! – в исполнении Леры.
Ну, капец. Чтоб жизнь малиной не казалась. Я вообще про нее забыла. А она пришла. Я закатила глаза, медленно повернулась. По ходу разворота делая приятное лицо, и также ответила:
– Приве-е-е-ет!
Для такой сладкой сцены приветствия еще не хватало тройных лобызаний, как во времена Брежнева.
– Проходи-и-и-и! – продолжала я.
Я взяла чистую тарелку, спасибо Тане, помыла, блин, и пошла с гостьей в комнату. Тут все было нормально, пьянка шла полным ходом.
– Что там такое? – спросила Маня, кивнув в сторону кухни.
– Да там вообще… от раковины остались рожки да ножки, – пробурчала я. Потом кратко объяснила в чем дело.
