Автор
Классная дама в СИ жанре предлагает захватывающий сюжет о женщине, чей самообладок внушает уважение и страх одновременно. Начинается история с напряженной встречи на рабочем месте, где она должна выдержать пристальный взгляд непримиримого шефа. Однако реальность оказывается куда более сложной и драматичной, чем ожидания....
Маг мог бы удушить ее, например, но это не удушение в прямом смысле слова… о, прошу меня извинить.
Вспомнил, что перед ним кисейная барышня. Институтка. И это не сомнительный комплимент, а сущая правда.
— Нет-нет, продолжайте, — я подалась вперед. Так допустимо или следующий шаг — сесть к нему на колени? — Я… читала уголовные романы. Интересно.
В моем мире первая детективная история появилась в тысяча восемьсот шестьдесят шестом году, а здесь? Ягодин растерялся, даже прекратил колдовать — как назвать то, что он делал? — ободок вокруг радужки стал бледнее.
— Ах да, Негуров, — вспомнил Ягодин. Я сделала вид, что он угадал. — У него хорошая книжная лавка и не одна, странно, что он живет в том же доме… Простите еще раз великодушно, Софья Ильинична.
— Вы рассказывали про магию, — напомнила я. — Это куда увлекательнее, поручик, чем Негуров и книжки, которые я у него покупала.
— Все то же самое, что и при обычном удушении, как в том рассказе про душителя, помните? — Я опять кивнула. Рассказы о душителях всегда одинаковые.
Ты отлично подкован для этого времени, мальчик, но не в курсе — синяки не единственное, что проливает свет на то, как погиб человек. Жаль, что тела Калининой мне, скорее всего, не видать.
— Магия ведь не волшебство из детских сказок, — увлеченно продолжал поручик. — Поверьте, никто не в состоянии зажечь огонь из ничего или услышать мысли.
— Как святой воин Илия, — перебила я по подсказке Софьи.
— Да, именно так, но ни один маг не остановит летящие стрелы, если между ним и стрелами будет еще преграда… — Он помолчал и прибавил смущенно: — Я в детстве любил пускать кораблики по ручьям, заставляя их плыть, куда мне захочется, или раскачивать спелые яблоки, а потом их ловить. А затем научился нажимать на клавиши, чтобы месье думал, что я играю гаммы, а я на самом деле сидел под роялем, читал…
Я засмеялась.
Отец Павел не маг, и математик-профессор тоже. Аскольд тоже мимо. Магов в академии нет, кому это знать, как не жандарму.
— Я узнала кое-что о последних днях Натальи Калининой — поведала я, и поручик перестал улыбаться, став невероятно серьезным.
