Автор
Клеймо Сэкеттов — это история загадочной семьи, верящей в загадочные традиции и сакральные заклинания. На краю высокого утеса перед лицом могущественного горизонта, герой стал свидетелем уникальной природы — живописных ландшафтов и бушующей реки. Атмосфера книги наполнена мистикой, древностью и непреодолимым влечением к неизведанному....
Я заплачу за все той же самой монетой. Где бы они ни были, кто бы они ни были, им придется убить меня, огнем выгнать из страны, иначе умрут они. Я найду их.
Заговоривший со мной человек смерил меня циничным взглядом.
— Мне и прежде доводилось слушать фантазеров. Хорошо говоришь! — произнес он с издевкой.
— Мистер, последняя кровная вражда, в которой участвовала моя семья, длилась семьдесят лет. Последний из Хиггинсов умер с оружием в руках, но все же он умер.
Никто ничего не ответил, поэтому я спросил:
— На кого он работал?
Они только смотрели на меня.
— Взгляните на его лошадь, — посоветовал бармен. — Вероятно, у коновязи привязаны только две лошади — его и ваша.
Когда я привязывал своего коня, там действительно стояла еще одна лошадь. Не успел я открыть дверь, как в нескольких дюймах от моего лица пронеслась пуля и врезалась в дверной косяк.
В темноте я откатился назад, встал на одно колено и приготовился стрелять. Но больше ничего не произошло. Как и в прошлый раз, все стало тихо и неподвижно. Напротив меня на другой стороне улицы стояли два деревянных домика и навес над дощатым полом. Рядом с ними рос кустарник и был еще один загон. Тут я вспомнил о той, другой лошади и пошел, чтобы взглянуть на нее.
"Лошадь увели прежде, чем я вышел на улицу, но уже после того, как я убил человека в салуне. Кто-то поджидал меня, стреляя из темноты с противоположной стороны улицы.
Когда я вернулся в салун, двое горожан уже ушли, скорее всего, через заднюю дверь. Бармен вытирал стойку, уделяя этому занятию слишком много чувства.
На печи стоял кофейник, а на столе вытянулся ряд кружек. Я взял одну и наполнил ее, устроившись так, чтобы не находиться на прямой линии от дверей и окон.
— Я должен кое над чем поразмыслить, и это касается вас, — сказал я бармену.
Он выпрямился и посмотрел на меня долгим, настороженным взглядом.
— Меня?
— Вы упомянули о той лошади в загоне. Когда я подошел к двери, меня чуть не убили.
— Если вы думаете, что это подстроил я… — начал было бармен.
— Думаю, что могли бы, если у вас есть на то веские причины. Сейчас мне нужно решить, какова в этом деле ваша ставка.
Он подошел ко мне.
