Самое главное, что мне не будет стыдно перед Колей. Потому что лучше убить или умереть самой, чем ощущать это к монстру, что подавил мою волю.
Я подхожу к кровати, заношу нож высоко, до натяжения всех связок и мышц. Он спит. Сколько можно спать.
Одно движение и его не станет. Одно движение и я свободна.
Внезапно он открывает глаза, сразу безошибочно находя меня в сумраке утра.
– Ну? Будешь бить или это очередная прелюдия?
– Я не посто ударю, я убью тебя!
– Ну это смотря, куда попадет нож.
Ты хочешь, чтобы я мучился или чтобы умер сразу. Просто чтобы я мучился, можно ударить мне в бочину. Тогда без скорой я буду умирать довольно долго, сгорая в агонии боли. Если ударить прямо сюда, – тычет он в шею, по которой вьется странный рисунок.– То я умру от потери крови за пару мгновений. Еще можно ударить в пах, мне кажется, целишься ты именно туда, тогда…
– Замолчи! Замолчи! – опускаю нож, роняю его на пол. Громкий стук отдается прямо в меня, проникает как лезвие, разрывая связь с реальностью.
Падаю там, где стояла. Меня распирает изнутри горе. Я не могу дышать, не могу говорить, даже плакать не могу. Слезы застревают, мешают видеть. Я лишь рыдаю в голос, пока меня отрывают от пола, куда – то несут. Кажется, что уже плевать, куда. Плевать до тех пор, пока кожу не обжигает ледяными струями воды. Во мне словно пробку выбивают. Слезы потоком, руками по груди обнаженной и крики, что рвутся из горла.
– Ненавижу, ненавижу, ненавижу! – Он тянет ко мне свои руки, а я двумя ладонями по груди его хлопаю.
– Не трогай меня.
Он просто толкает меня в угол и сам забирается в крохотную душевую. Занимает почти все пространство. Ему, что, не тесно совсем? Он обволакивает своим присутствием, своим запахом, подавляет. Хочу выйти, но он словно недвижимый, продолжает растирать лицо и шею, мыть свой громадный член, что тут же дергается в его руках.
Я зажмуриваюсь на мгновение, реально не понимая, как это ночью могло уместиться во мне
– Мог бы дать мне выйти.
– Выходи кто мешает.
– Ты себя видел? Мутант перекаченный.
– Женщинам нравится, – усмехается он в бороду.
– Вот и шел бы к этим женщинам, чего ко мне приклеился. Мог мне дать помыться первой?
– Мне на работу надо, – только и отвечает он басом, а затем руку в мою сторону тянет. Я сжимаюсь вся, готовая ногтями впиться в его кожу, а он лишь берет мой шампунь и выливает в свою ладонь.
