Автор
В мире подозрительных соседей и строгой бабушке, Денис Царев выбирает крестьянскую жизнь в заброшенном поселке. Здесь каждое действие имеет буквальный смысл: полное дерьмо или лопатой махать до ужина. В этой деревне сюрреалистичная реальность ожидает тебя на каждом шагу, где обычный день может стать шокирующей метафорой жизни....
– А-а-а! – Денис аж вскакивает с места. – Удары Лапыгина ничто по сравнению с тем, как болит мое сердце из-за тебя.
Мурат звонко хохочет и встает из-за стола.
* * *На чердаке с утра ничего не изменилось. Котов недавно вытирал пыль: у стеллажа на полу стоит тазик с тряпочкой, и некоторые книги стопкой громоздятся рядом. Старые часы отмеряют начало ночи механическим «тонк-тунк-тонк-тунк».
Шелестит бумага, раздается тихий вздох удивления. Денис, подогнув одну ногу, сидит на кровати и листает пухлый скетчбук. Мурат разрешил посмотреть, когда встал вопрос, чем они будут заниматься.
– И это ты тоже сам? Прямо сам-сам? Или где-то срисовывал? – Мурат отвечает «сам», и Денис немедленно присвистывает.
Судя по дате на титульнике, рисунки копятся на протяжении трех лет. За это время у Мурата прослеживаются заметные изменения, но Денис не может сказать, что старые работы хуже новых, а новые – лучше старых, потому что в рисовании он ничего не понимает.
Однажды кто-то сказал Денису, что художники терпеть не могут показывать свои скетчи. Для них это что-то такое же личное, как собственные мысли. Сейчас сомневаться в этом не приходится: Мурат позволяет смотреть не все. Когда Денис задерживается на одном развороте, Мурат предупреждает, что следующий придется пропустить, и Денис слушается, потому что ценит это.
– Потрясно. – И снова удивленный вздох. Мурат на каждый его восхищенный комментарий только поджимает губы, будто считает, что все это необязательно озвучивать.
– Это Милана тебя нарисовала. После вашей первой встречи.
Денис краснеет.
– Меня?
Кивок.
Чертовски неловко быть частью интересов маленькой девочки, что всегда робела и отводила глаза, но в целом относилась тепло и всегда к нему льнула. Мурат сохранил рисунок сестры среди своих – это что-то да значит. Может, и не то, на что Денис надеется, но точно не что-то плохое.
– С ней все хорошо?
Мурат утвердительно угукает. Остается только гадать, все ли хорошо на самом деле, но занятие это сомнительное: семья Мурата касается только его самого.
Денис переходит к следующей странице. Котов вдруг нервничает.
– Перелистни это."
"Денис перелистывает, но краем глаза видит карандашные наброски людей с мячом. Футболистов среди ограждений стадиона.
На следующем развороте тоже они.
