Автор
В мире подозрительных соседей и строгой бабушке, Денис Царев выбирает крестьянскую жизнь в заброшенном поселке. Здесь каждое действие имеет буквальный смысл: полное дерьмо или лопатой махать до ужина. В этой деревне сюрреалистичная реальность ожидает тебя на каждом шагу, где обычный день может стать шокирующей метафорой жизни....
На этой встрече Пегов шантажировал его обличающей диктофонной записью. Подлец записал их разговор еще в тот день на крыше и все ждал подходящего момента. Мурата так трясло от страха, а я… ничего не мог сделать. И помощи попросить не мог тоже, ведь Мурат потребовал держать рот на замке, связал мне руки… но сейчас они развязаны, и я, наконец, рассказываю это тебе, Слав. – Он делает неуверенную паузу, переводит взгляд со Славы на Дениса: – И тебе, Дэн, раз уж и ты влип.
Воцаряется вязкое как студень молчание.
«Он только с виду такой тихоня, – сказал Кирилл в тот жаркий день на пути из магазина. – Мурат по-настоящему ужасный человек. Поверь, таких лицемеров еще поискать надо».
По-настоящему ужасный. Отвратительно ужасный, раз допустил мысль, что может спасти себя. Денис думает, что, будь он сам на его месте, не нашел бы в себе смелости Лапыгина отравить. Правда, то, что сделал Мурат, – вопрос выживания, далеко не акт смелости.
«С Пеговым у меня когда-то был отдельный разговор. С некоторыми нюансами» – теперь, после слов Толика, ясно, что Мурат имел в виду. Тот самый «договор»: если Мурат кому-нибудь расскажет, диктофонная запись окажется в полиции.
Слава отвлеченно царапает едва виднеющуюся щетину на подбородке.
– Значит, все это началось, когда Мурат увидел то, что не должен был?
Толик кивает. Слава продолжает:
– Все это время я, как наивный дурак, думал, что все эти сплетни – попытка очернить меня, что кто-то отлично потрудился, чтоб выжить меня из команды.
