Сборник двух повестей о том, как измена разрушает привычный уклад семейной жизни. Герои Воронової оказываются перед сложным выбором между чувством и долгом, раскрывая глубины человеческих отношений и моральные противоречия, рождённые в эпоху кризиса. Автор исследует, как один поступок может...
Раздел Chitat.online для книги «Клиника измены. Семейная кухня эпохи кризиса (сборник)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Сборник двух повестей о том, как измена разрушает привычный уклад семейной жизни. Герои Воронової оказываются перед сложным выбором между чувством и долгом, раскрывая глубины человеческих отношений и моральные противоречия, рождённые в эпоху кризиса. Автор исследует, как один поступок может...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник двух повестей о том, как измена разрушает привычный уклад семейной жизни. Герои Воронової оказываются перед сложным выбором между чувством и долгом, раскрывая глубины человеческих отношений и моральные противоречия, рождённые в эпоху кризиса. Автор исследует, как один поступок может...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Если что и могло смутить Горошкину, так это предложенная ей бескорыстная помощь.
– Никаких возражений! Даже не собираюсь слушать! Для меня это не труд, я за рулем отдыхаю. А на обратном пути заедем с Юлей в «Ленту», все равно собирались.
Юля разглядывала потолок. Рыбаков неточен в формулировках. Разве когда жена три недели зудит: «Давай съездим в „Ленту“», – а муж отвечает: «Ну на фиг», – называется «собирались»?
– Ой, а можно тогда в «Ленту» по дороге туда?
– Для вас, Машенька, все, что угодно."
"Оказывается, Филипп знал о Машкиной геройской операции. Пациент оказался старейшим токарем завода, и Рыбаков принял живое участие в его судьбе. Дорогой он все расспрашивал Машку, как прошла резекция аневризмы и что нужно для скорейшего выздоровления.
Юля смотрела, как Горошкина набивает корзину убогими продуктами. Гречка, стиральный порошок по скидке, отвратительное дешевое постное масло.
– Не стесняйтесь, Машенька, берите всего побольше. Я, разумеется, оплачу.
Горошкина замерла. Насколько Юля знала подругу, сейчас она начнет не наполнять корзину, а выгружать товары.
– Серьезно, Машенька. Должен же я как-то отблагодарить вас за великолепную работу. Деньги совать некрасиво, так примите хоть эту маленькую услугу.
Покраснев, Машка обморочным голосом уверила Филиппа, что взяла уже все, что хотела.
– Эх, Мария! – Он с шутливой укоризной отнял у нее тележку. – Вы, оказывается, безалаберная хозяйка. Придется брать дело в свои руки. Так. Чай надо? Надо!
Подхватив Машку, Рыбаков уверенно двинулся по рядам. Юля со своей тележкой плелась сзади, от злости не соображая, что нужно ей самой. В корзину Горошкиной сыпались именно те продукты, которые «мы не можем себе позволить».
– Боюсь показаться нескромным, но мне кажется, лишняя пара чулок всегда бывает кстати. Прошу, выбирайте. Если хотите, я могу отвернуться. Впрочем, подождите. Вы возьмете самые паршивые, знаю я вас! Давайте поручим это дело моей жене, она настоящий эксперт в области нарядов.
Скроив любезную мину, Юля выбрала тончайшие чулки с кружевной резинкой. Дорогие, не придерешься, но рвутся – будь здоров! Машке не придется долго наслаждаться подарками Филиппа.
Рыбаков бестрепетной рукой добавил в тележку еще четыре пары.
– Что у нас дальше? Пойдемте, ребенку что-нибудь возьмем, надо же его утешить, что целый день маму не видел.
Юля уже задыхалась от ярости. Тут тысяч на семь, не меньше.
