В холодное пасмурное утро, когда снег застилал улицы, женщина быстро перебежала проезжую часть, чтобы добраться до дома. В подъезде Лада отряхивала капюшон шубы и чувствовала лед в воздухе. Клиника, где она работала врачом, была местом, где скрывались страхи и обманы, ожидая того момента, когда их тайны раскроются перед всем миром....
– Готовы прислушаться к самой дикой идее, самому маразматическому плану лечения.
– И значит, я самый крупный маразматик в городе, раз ты обратилась именно ко мне? – захохотал Колдунов. – Пожалуй, в следующий раз так и напишу в резюме для справочника «Кто есть кто? Медицина Петербурга».
– Ян, ты действительно наша последняя надежда. Ты обязательно что-нибудь придумаешь. Вдруг поможет? Ведь иначе ребенок умрет.
В динамике раздался тяжелый вздох.
– Ладно, хрен с вами со всеми, – брюзгливо произнес профессор, – поеду.
– Тебя привезут!
– На метро быстрее, моя жена давно уже по городу на машине ездить перестала. У меня тоже нет ни малейшего желания в пробках торчать. Правда, я не уверен, что завтра успею в течение рабочего дня. Пусть там предупредят дежурного врача, что я приеду.
– Ян! Спасибо! – в восторге закричала Лада. – Называй гонорар!
– Я еще не оборзел, чтобы с детей деньги брать, – мрачно ответил динамик. – Тем более за консультацию, которой можно будет только подтереться.
– Ты что, тоже святой?
– Нет, конечно, но почти такой же хороший, как наш губернатор.
– Это ты о чем?
– Да мы тут недавно новости смотрели, как губернатор навещает детский диагностический центр. И вдруг видит прейскурант на платные услуги. Ах, говорит, какой ужас, неужели вы с детей деньги берете? А заведующая, вместо того чтоб честно ответить: да, приходится, ибо при нашем финансировании даже на расходные материалы не хватает, не говоря уже обо всем остальном, – смутилась и залепетала: ой, это только на добровольной основе, платят только те, кто сам хочет… Чем заслужила от губернатора порицание.
– Я сама с ним поеду, – зашептала Аня. – Он не найдет, там забор такой глухой…
Глава вторая
Последнее время Витя Сотников спал очень чутко. Новенький мальчик накрыл голову одеялом и подушкой, но его плач все равно разбудил Витю.
Он встал и, стараясь ступать как можно тише, подошел к новенькому.
– Ты чего ревешь?
Мальчик лет семи-восьми выбрался из своего гнезда. В темноте было плохо видно, но Витя понял, что он испугался. Ясно, от этого угрюмого тощего парня он не ждал ничего хорошего.
– Не бойся, – буркнул Сотников. – Ты первый раз в больнице?
Ребенок только судорожно вздохнул.
– Пойдем, попьешь водички. Тапки надень и рубашку. И не шуми! – зашипел Витя, когда мальчик, боясь промедлением разозлить его, спрыгнул с кровати.
