Становясь свидетелем очередного неизбежного столкновения с бывшим начальством, Стас Грабовский стремится уйти в собственные мысли. В этот раз его карманную сумку попытался подобрать Зоя Ивановна – новая заведующая. Но вместо традиционного скандала с вызывающими выплесками адреналина, Стас обнаруживает в ней нечто странное и напугающее: одиночество....
Похоже, «Клиника одиночества» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Если человека устраивает реальность, в которой он живет, он не станет убегать от нее в наркотический или алкогольный сон.
– Ваня, но мы сплошь и рядом видим, как наркоманами становятся дети из богатых благополучных семей.
– Дело не в деньгах! – воскликнул Ваня азартно. – А в том, что надо жить в радости!
Люба вздрогнула. Ванины слова оказались созвучны тем, что говорили Зоя с подругами, отговаривая ее от брака с Максимовым.
– Нет, я неправильно выразился. Не реальность должна устраивать человека, а он сам себя в этой реальности.
– Пока неясно. Объяснительные все равно надо писать, каждому отдельно, а дальше все будет зависеть от наркологической экспертизы. Мы биосреды-то у него взяли, но, сдается мне, родители проплатили отрицательные результаты.
– Тогда чепец! – заключил Ваня весело и чихнул.
– Простите, что вмешиваюсь, но если этот наркоман напал на вас с ножом, разве имеет значение, был он обдолбанный или нет? – спросила Люба, робко взглянув на Стаса. – Нужно разбирать этот случай как уголовное преступление. Есть же свидетели, как он на вас кидался, есть нож.
Доктора посмотрели на нее с жалостью."
"– Видишь ли, Люба, в делах против медиков свидетельства этих самых медиков, как говорят уголовники, не канают.
– В сейфе приемного отделения. В пакет положили, актировали, все честь по чести. Но я сомневаюсь, что кто-то будет назначать экспертизу, уголовного дела-то нет. Да оно никому и не надо, базарный скандал в прессе гораздо приятнее.
Какое слово хорошее – «взаимооборона», подумала Люба и поднялась. Зоя с Ваней шумно уговаривали ее остаться. Стас вышел за ней в прихожую.
– Я провожу.
– Не тревожьтесь. Я живу в этом же подъезде.
– Все равно провожу.
У Любиной двери оба остановились в замешательстве. Она боялась пригласить, он – напрашиваться.
