Романе исследует внутренний мир врачей, для которых спасение жизни стало рутиной. Автор раскрывает, как медики балансируют между профессиональным долгом и личными чувствами, между ответственностью перед пациентами и собственной человечностью. История о том, как близость к смерти каждый день...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Клиника одиночества» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Романе исследует внутренний мир врачей, для которых спасение жизни стало рутиной. Автор раскрывает, как медики балансируют между профессиональным долгом и личными чувствами, между ответственностью перед пациентами и собственной человечностью. История о том, как близость к смерти каждый день...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Романе исследует внутренний мир врачей, для которых спасение жизни стало рутиной. Автор раскрывает, как медики балансируют между профессиональным долгом и личными чувствами, между ответственностью перед пациентами и собственной человечностью. История о том, как близость к смерти каждый день...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Клиника одиночества» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Женская гордость, куда деваться! Люба в своем невинном хвастовстве показалась ему очень трогательной.
Что же делать? Бегом вернуться? А вдруг он ошибается, выдает желаемое за действительное? Что скажет муж, увидев на пороге разгоряченного молодого человека?
Единственный выход – завтра откровенно поговорить с Зоей Ивановной. Рассказать ей все как на духу, и так уже его любовь тонет в море недомолвок и неясностей! Он объяснит начальнице про Варю, расскажет, что да, хотел на ней жениться, а теперь чувствует, что она для него – чужой человек, что всем сердцем он тянется к Любе. Он не станет просить Зою ни о чем, пусть только скажет, замужем Люба или нет. И если нет... Он немедленно вернется сюда тем же маршрутом, на электричке до Удельной, бегом по парку, и будет ждать ее у порога и не уйдет, пока они во всем не разберутся.
Стас достал кошелек и пересчитал наличность. На рыночке возле железнодорожной станции он заметил здоровенный букет из нежных белых роз, приправленный пальмовыми ветками и еще какими-то мелкими белыми цветочками, настоящее буйство гламура. Завтра он купит Любе такой же. Да что там цветы, он луну с неба достанет, лишь бы только она не была замужем и приняла его.
Ах, как не вовремя тогда его дернули на операцию! И как глуп был он сам, что, растерявшись, забыв обо всем, кроме предстоящего наркоза, не взял у Любы номер телефона. Просто у него было ощущение такого полного единения с ней, такой уверенности, что наконец он нашел женщину, предназначенную ему судьбой... Да что там, ему казалось, он все о ней знает, вот и не спросил номер.
А потом... Почему вдруг он так обиделся на ее приветствие, почему оно показалось ему равнодушным и холодным? Оказывается, она просто не узнала Стаса, она близорука и на дне рождения была без очков.
«Если ты нашел женщину, предназначенную тебе Богом, если твое сердце рвется к ней так, что ломит в груди, хватай ее и не отпускай!»
Зоя занималась совершенно несвойственным ей делом – она интриговала против Максимова. Метод ее борьбы заключался в том, что она призывала всех желающих ознакомиться с документом, где была приведена статистика операций профессора.
– Сидел же он тихо много лет, – сокрушалась Зоя, – занимал должность главного специалиста и заведующего кафедрой, пока ему вдруг в голову не стукнуло, что он гениальный хирург. Откуда у него взялась такая идея? Почему он позориться не боится?
– Власть меняет человека, – заметил Колдунов философски.
Стас сидел в углу Зоиного кабинета и подпрыгивал на стуле от нетерпения. Весь день Зоя Ивановна летала по клинике, как баллистическая ракета, притормозить ее и увлечь в тихий уголок для откровенного разговора было невозможно.
