Уложила Зарису на бок, укрыла одеялом, которое кто-то подсунул мне под руку. Оглянулась на неожиданного помощника и увидела монну Озис. Вид у благотворительницы был осунувшийся, но бодрый.
– Мэтр Даттон, я готова отвезти следующую партию пострадавших! – громогласно объявила она.
Мэтр Ланселот поднялся на ноги, оглядел пространство. Трудное решение ему предстоит. Как из десятка тех, кому нужна немедленная помощь, выбрать двоих или троих?
Я не стала ждать, на кого он укажет. Поправила ремень сумки, натиравший плечо. Дел невпроворот. Большинство выживших – дети, и почти все в сознании. Те, что постарше, крепились, малыши плакали. Всем необходимо помочь!
Не знаю, сколько прошло времени. Оно словно принялось двигаться рывками – ускоряясь, когда я оказывалась рядом с очередным пострадавшим, и замедляясь, когда оставляла его, сделав все необходимое.
Я измеряла время в бинтах и зельях, которые подходили к концу. Скоро потребуется пополнить запас.
Взгляд зацепился за мужчину, чья впалая грудь тяжело поднималась. Вроде им занялась Белинда, но сейчас ее не оказалось поблизости. Я опустилась на корточки. Желто-землистый цвет лица ясно давал понять, что этот человек давно и беспробудно пил: печень разрушена. Но печень сейчас не главное – на губах несчастного запеклась кровь. Необходимо просканировать, понять, каковы внутренние повреждения! Почему никого нет рядом?
Плеча коснулась легкая рука.
– Черная лента, – негромко сказала эльфийка. – Я дала ему выпить «Синей бездны», чтобы облегчить уход. Ему не больно.
– Он еще жив! Он дышит!
Черная лента, обвязанная вокруг пуговицы, слилась с цветом рубашки, поэтому я ее не заметила. Следовало уйти, но…
– Я попробую. Так нельзя!
Положила ладонь на сонную артерию, вливая силы, одновременно пытаясь стянуть разорванные сосуды. Сломанные ребра раздавили легкие. Селезенка порвана. Осколок кости в опасной близости от сердца. Я мимолетно удивилась, что силы уходят, как вода в решето. Голова закружилась…
И тут меня вздернули на ноги. В нос ударил резкий запах зелья, восстанавливающего силы. Мэтр Ланселот придерживал меня за талию, а в другой руке сжимал флакон.
– Два глотка! – сурово приказал он. – А после – на улицу, подышать, отдохнуть, остудить голову. Все ясно?
– Никаких «но»! Ему не помочь, Грейс!
Белинда проводила меня сочувствующим взглядом. Я, шатаясь, стараясь не споткнуться о разметавшиеся руки и ноги, выбралась из пропитанной страданиями комнаты на улицу.
Ночная свежесть действительно принесла облегчение.
