В темноте озера видно лишь признаки человеческого жилья – полуразрушенная избушка, старые телеги утопленные под лед. Здесь не было ни души — только маленькая собачонка бежала за Калинычем на безопасном расстоянии после их встречи с Кофейником в последней деревне.
Так вот, у меня возник вопрос: где он находится? И где находится его жена? Вам ничего об этом не известно?
– Ничего, – ответила Лиза, слегка покривив душой.
Про жену Никиты она и вправду ничего не знала.
– Вы уверены? – переспросил Малашкин. – Во всяком случае, Елизавета Сергеевна, если вам что-то станет известно – позвоните мне! Это очень важно!
– Непременно… – пробормотала Лиза. – Непременно позвоню.
– И еще… я очень прошу вас, Елизавета Сергеевна, – будьте осторожны!
На этой оптимистической ноте Малашкин завершил разговор и отключился.
– Кто это был? – ревниво осведомился Никита.
– А, не обращай внимания! – отмахнулась Лиза и спрятала телефон в сумку. При этом ей показалось, что внутри сумки что-то светится.
Да что же там такое?
Она не хотела исследовать содержимое сумки при Никите и использовала классический прием.
– Извини, дорогой, я тебя на пару минут покину, мне нужно…
Она встала из-за стола и отправилась к двери с женским силуэтом.
Закрыв дверь за собой, открыла сумочку и заглянула внутрь.
"Там, под грудой всевозможных женских мелочей, лежал старинный кинжал. Тот самый кинжал, который откопала в кладовке Капа. Как она выразилась – семейная реликвия.
Лиза была уверена, что не клала этот кинжал в сумку. То есть она, конечно, обещала Капе, но вовсе незачем носить с собой холодное оружие, еще найдет кто-нибудь… Значит, это Капа тайком подсунула его…
Но самым удивительным было даже не присутствие кинжала у нее в сумке. Самым удивительным было то, что лезвие кинжала светилось ровным голубоватым сиянием.
– Что за фокусы? – пробормотала Лиза, достала кинжал из сумки… и тут же уронила его: лезвие не только светилось, оно было очень горячим на ощупь.
Так вот что обожгло ей руку, когда Лиза доставала из сумочки телефон!
Тогда ожог пробудил ее, вырвал из плена гипнотического Никитиного голоса, вернул ей собственную волю. Сейчас новый ожог обострил ее сознание. Она стала лучше видеть, лучше слышать, а самое главное – отчетливее воспринимать окружающее.
Что с ней происходило за столом? Почему голос Никиты так странно подействовал на нее? Она была им буквально околдована…
Лиза осторожно подняла кинжал, двумя пальцами держа его за рукоять.
Впрочем, рукоятка кинжала была прохладной, только лезвие светилось и обжигало. Держа кинжал в руке, Лиза невольно залюбовалась им, драгоценной резьбой рукояти, совершенной формой лезвия.
И чем дольше она смотрела на светящееся лезвие, тем яснее раскрывалось перед ней происходящее.
