В темноте озера видно лишь признаки человеческого жилья – полуразрушенная избушка, старые телеги утопленные под лед. Здесь не было ни души — только маленькая собачонка бежала за Калинычем на безопасном расстоянии после их встречи с Кофейником в последней деревне.
Впереди открылась одна из дверей, появился человек в мятом белом халате…
Отчего-то он понял, что лучше не попадаться этому человеку на глаза, и юркнул в темную дверную нишу.
Человек, негромко напевая, прошел мимо.
Почему-то ему снова захотелось есть, но это чувство быстро прошло – он был еще сыт.
Опять стало тихо.
Он крадучись двинулся по больнице, переходил из коридора в коридор, с этажа на этаж, пытаясь вспомнить, что с ним было прежде и кто он, собственно, такой.
Время быстро шло. Небо за окном начало понемногу светлеть, и тогда его охватила паника.
Это светлеющее небо… отчего-то оно пугало его.
Пока еще ничего, но потом, когда окончательно рассветет… нельзя остаться один на один с этим небом! Нельзя остаться наедине с солнечным светом! При одной мысли о солнечном свете его охватил ужас. Пока не рассвело, нужно найти себе какое-то убежище!
Больница тем временем начала оживать, где-то раздавались голоса, звякала посуда. Впереди в коридоре показалась санитарка со столиком на колесиках.
Он дернул первую попавшуюся дверь, оказался в подсобке, где уборщица держала свой инвентарь – ведра, швабры, дешевую бытовую химию. Здесь был еще стенной шкаф, и он забрался туда, вжался в дальний угол, завесив себя какими-то старыми ватниками.
Тут было тихо, спокойно, а самое главное – темно.
Он закрыл глаза и провалился в глубокий черный сон без сновидений.
И вот сейчас он снова проснулся, выбрался из своего убежища и огляделся.
Опять была ночь, а ночь – это его время.
Опять безумно хотелось есть.
Но впереди долгая осенняя ночь, так что он успеет насытиться.
А еще за это время нужно найти какое-то более надежное убежище, куда он сможет спрятаться на рассвете.
Немного выждав, он выбрался в коридор.
Больница понемногу затихала.
Кое-где еще раздавались голоса, ходячие больные в застиранных халатах переходили из палаты в палату – искали собутыльников или так – поговорить.
Он пробирался по коридору, инстинктивно выбирая самые темные места, затаиваясь, прижимаясь к стене, когда навстречу попадался человек.
