Как-то раз он дождался, пока у меня закончатся занятия, и настоятельно попросил уделить ему несколько минут.
Несколькими минутами, конечно, не обошлось: он начал с далекого прошлого, когда они с мамой только еще разворачивались в Москве и оба были жутко жадными до денег. По его словам, именно тогда им и пришла в голову идея удочерить меня, а через десять лет забрать мое имущество. Но в тот день, когда я впервые назвала его папой, он забыл об их ужасном плане. И сказал мне, что никогда бы не подумал, что может так сильно полюбить чужого ребенка. Он скандалил с мамой, просил ее отдать документы, принадлежащие мне, как только мне исполнится восемнадцать, и она согласилась. Но она лгала. Как он потом узнал, она заранее нашла покупателей и на домик, и на квартиру. Папа был не в курсе. Она всё сделала сама. И как только я поставила свой автограф на нужных бумагах, имущество ушло с молотка. А после случившегося на показе сказала ему, что таким образом я заплатила за испорченную коллекцию, и теперь мы в расчете.
Позже я познакомила папу с Янисом, и папа его очень высоко оценил: и как любящего его дочь парня, и как весьма делового и перспективного человека. А еще они нашли кучу тем для разговоров и потом частенько созванивались. Неудивительно — двум бизнесменам всегда есть о чем поговорить. Янис просил совета в некоторых делах, а папа охотно делился своим многолетним опытом ведения бизнеса.
На новый год папа подарил нам путевки в Англию. Он знал, как я мечтала повидаться со своей подругой детства, и они на пару с Дашкой все организовали. И после успешной сдачи сессии мы с Янисом на неделю улетели в Ливерпуль — город, в котором училась Дашка. Остановились в хорошем отеле и всю неделю кутили с подругой и ее новыми друзьями. Янис свободно говорил по-английски и очень быстро нашел общий язык с ребятами. Я тоже владела языком — вот тут-то мне и пригодилось мамино строгое воспитание.
Я хранила тайну плюшевого медведя. Не знаю, почему еще не решилась ему рассказать, что я и есть тот звереныш из детского дома. Одна часть меня уговаривала сознаться, ведь с большой вероятностью Янис отреагирует на эту новость спокойно. А другая — отговаривала. А вдруг это как-то повлияет на наши идеальные отношения? Я боялась разрушить наш маленький мир, в котором мы были безумно счастливы и влюблены. И если уж не призналась сразу, то, может, уже и не стоит этого делать?
Хотя однажды я едва не прокололась. Как-то раз приехала в гости к папе, пока мама грелась на солнышке в Болгарии.
