Автор
В книге "Клянусь этой жизнью" Рене Карлино рассказывается о человеке, который задумывается над тем, что происходит в его собственной жизни. Он осознает, как часто мы пропускаем важные моменты, потому что не верим в их правдивость. Наследен жизненных сценариев скрыты там, где мы не ищем их, и все начинается с обычных встреч и событий....
Я напишу тебе позже.
— Хорошо. Хочешь, чтобы я проводил тебя и поздоровался с тетями?
— Не обязательно.
Тетя Синди никогда этого не говорила, но я знала, что она не считала, что мы с Тревором подходили друг другу. Она потратила слишком много времени, пытаясь свести меня с ребятами с писательского курса в Беркли. И решительно отвергла идею притяжения противоположностей. Кроме того, Тревор редко прилагал усилия, чтобы ей понравиться. Предложение пойти поздороваться было его обычным жестом вежливости. Я хотела, чтобы Тревор желал общения с моими тетушками, но знала, что он чувствовал себя не в своей тарелке.
Я оставила Тревора перед выходом из ресторана, быстро чмокнув его в щеку.
— Я люблю тебя, — сказала я.
— И я. Я тоже тебя люблю, — сказал он натянуто и спутано, как будто говорил на иностранном языке.
Войдя в свою квартиру, я обнаружила, что меня уже поджидали Синди и Шэрон, которые, скорее всего, решили душить меня каждый раз, когда я оказывалась в их зоне досягаемости.
— А вот и она! — завопила Синди, пока они с Шэрон обнимали меня с двух сторон.
— Не могу… дышать…
Синди и Шэрон было за сорок. Если бы вы увидели их в ресторане, то подумали бы, что они просто подруги. Синди была похожа на менее гламурную Джулию Робертс, а Шэрон напоминала ее чуть более полную и стильную сестру со светлыми волосами. Они выглядели и вели себя как подружки, поэтому, когда вдруг публично проявляли привязанность, люди смотрели на них в шоке. Я всегда считала, что это мило.
— Ты вообще ешь? Кожа да кости, — сказала Шэрон, ущипнув меня за бедро.
Излишне говорить, что они были в восторге от своей роли родительниц. У меня никогда не было любящих родителей, а у них никогда не было детей, так что обстоятельства сложились хорошо для нас всех.
Я широко улыбнулась.
— Вообще-то, у меня на обед был БигМак, но я быстренько вернула его обратно.
Они в ужасе переглянулись, а затем просканировали меня сверху донизу. Синди, положив руку на бедро, посмотрела на меня с самым озабоченным выражением лица.
— Булимия — это не шуточки!
— У меня нет булимии. Просто был странный день. Ужасный, на самом-то деле.
— Расскажи нам все, — приказала Шэрон, потянув Синди на диван. — Мы уж точно не прочтем это ни в одном твоем дневнике.
Они обе уставились на меня, схватив друг друга за руки, как будто собирались посмотреть фильм о Холокосте.
— Что ж, я решила пойти к Джейсу на презентацию книги и спросить, почему в его романе он солгал о том, что произошло между нами.
