Автор
В книге "Клянусь этой жизнью" Рене Карлино рассказывается о человеке, который задумывается над тем, что происходит в его собственной жизни. Он осознает, как часто мы пропускаем важные моменты, потому что не верим в их правдивость. Наследен жизненных сценариев скрыты там, где мы не ищем их, и все начинается с обычных встреч и событий....
Сказал, что у всех в Калифорнии длинные волосы.
Я пыталась отрастить свои непослушные каштановые локоны. Не знаю, зачем, ведь я всегда заплетала их в косу. Может быть, какая-то часть меня думала, что однажды я поеду в Калифорнию вместе с Джексом, и я хотела выглядеть соответствующим образом. Мы оба желали от жизни чего-то большего, нежели сорняки да кукуруза. Все книги, которые мы читали, наполняли нас глупыми идеями, забивали наши головы вещами, которых, возможно, у нас никогда и не будет.
Я легла рядом с ним и уставилась прямо на солнце.
— Ты ослепнешь, если будешь так делать, — тихо сказал он.
— Оставь меня в покое.
— Почему ты в таком плохом настроении? У тебя ПМС?
— Да что ты знаешь об этом?
— Много чего.
— Сомневаюсь, но даже если и так, с твоей стороны грубо говорить со мной об этом.
У меня еще не начались месячные, но я не собиралась говорить ему об этом.
Мы услышали, как издали Лейла зовет Джекса.
— Дерьмо. Я лучше пойду, — сказал он.
Я легла, закрыла глаза и заснула. А проснулась незадолго до сумерек и поняла, что меня заживо съели комары. У меня скрутило живот и разболелась голова. Когда я встала, то почувствовала тепло между ног. Я отчаянно сжимала ноги, сворачивая свой спальный мешок.
К тому времени, как я добралась к своей входной двери, я знала, что джинсы сзади полностью пропитались кровью. Закрыв дверь настолько тихо, насколько это возможно, я на цыпочках прошла мимо кухни в сторону коридора.
— Эмерсон? Где ты, черт возьми, была?!
Я на цыпочках направилась на кухню, где увидела сидящего за столом отца.
— Я была на улице и случайно заснула.
Его взгляд упал сначала на свернутый спальный мешок, а затем на участок между моими штанами. Он встал так быстро, что опрокинул стул.
— Папа, нет!
Прежде чем я успела что-либо сделать, он схватил меня за волосы у основания шеи и оттянул мою голову назад, чтобы мы смотрели друг другу в глаза.
— Эмерсон! — на этот раз мое имя звенело как гром в его груди.
— П-Папа… — я чувствовала, как кровь текла по моим ногам, а из глаз капали слезы. Этот день был просто кошмарным. — У меня начались месячные."
"Он моргнул. Открыл рот, закрыл, потом вновь моргнул, отпустил мои волосы и сделал шаг назад. Нахмурился. Провел рукой по своим усам несколько раз, уставившись в никуда.
— Иди приведи себя в порядок, — пробормотал он, посмотрев в пол.
