Автор
В книге "Клянусь этой жизнью" Рене Карлино рассказывается о человеке, который задумывается над тем, что происходит в его собственной жизни. Он осознает, как часто мы пропускаем важные моменты, потому что не верим в их правдивость. Наследен жизненных сценариев скрыты там, где мы не ищем их, и все начинается с обычных встреч и событий....
— Я должна идти, — ответила я.
— Но мы же целуемся! — воскликнул Хантер.
Ха, а он наблюдательный.
— Знаю. Но мне нужно идти, извини.
Хотя мне было вовсе не жаль. Единственное, о чем я жалела — это о поцелуе с ним. Когда я подошла к Джексу, он поднял взгляд от ботинок. Его глаза покраснели от напряжения. Мы молча стояли друг напротив друга.
Уголки его губ поднялись вверх, но это оказалась не дерзкая улыбка, потому что он потупил взгляд. Грустная — вот какая это была улыбка.
— Он тебе нравится?
— Нет. Вовсе нет.
— Что это значит? Ты что, просто пыталась отомстить мне?
— Послушай… я…
— Это было о тебе… то, что я написал. Все до последнего слова были о тебе. — Его нижняя губа задрожала.
— Знаю, — произнесла я дрожащим голосом. И разрыдалась. Не могла сдержаться. — Мне понравилось, каждое из написанных тобой слов — понравилось… Они были так прекрасны…
Он протянул руку и вытер слезы с моей щеки.
— Эм, можем мы, пожалуйста, вернуться к тому, как все было раньше?
— Да… конечно же, да.
Он прижал меня к своей груди.
— Хантер Стивенс? Серьезно? Этот парень такой слизняк.
Я вытерла слезы и рассмеялась ему в толстовку.
— Да ладно, Дезире Бэнкс? Она шлюха, и все знают об этом… а эти сиськи, боже ты мой.
— Для справки, на самом деле я не зациклен на сиськах… Ну, в смысле…
— Я поняла, придурок! Поверить не могу, что твой первый поцелуй был с ней.
Он немного отодвинул меня, чтобы посмотреть мне в глаза.
— Первый поцелуй был не с Дезире.
— Нет?
— Нет. Я поцеловал Кэти Браун в седьмом классе.
— Ладно, ладно, блин, похоже, шлюха здесь вовсе не Дезире.
— Так это был твой первый поцелуй, Эм? С Хантером?
Я начинала чувствовать себя идиоткой.
— Да, вроде того, — я произнесла это так тихо, что едва ли расслышала сама себя.
Его грустная улыбка вернулась.
— Не смотри на меня так, Джекс. И что с того? Кому какое дело?
— Нет, это не имеет абсолютно никакого значения.
— Ты думал что? Что, Джексон? Что мой первый поцелуй будет с тобой?
Он пожал плечами.
— Возможно.
— Это не ответ.
Он вздохнул.
— Ты особенная.
— Ах, так я особенная? То есть «с особенностями», как умственно отсталая.
— Ненавижу эту фразу, Эмерсон.
— Тогда что ты имеешь в виду? — мой голос становился все громче, а щеки порозовели.
