Надежда смотрела телевизор, когда издалека раздавались голос и шаги — это была Маня. Ейка, всегда стремилась убежать, норовила каждый раз, как ее к колышку привязывали. В лесе она искала приключений, надеясь найти что-то новое за пределами обычной жизни. Надежда подумала: кто это там разговаривает? На экране или на самом деле?...
Здесь было чуть больше порядка – видимо, строгий Константин распорядился перед бегством вымыть посуду и убрать все скоропортящиеся продукты.
Надежда вышла на знакомую лестницу, поднялась по ней. Дверь в квартиру Муравьевой стояла на месте, но что-то с ней было не так. Надежда опасливо тронула ее… и поняла, что дверь не заперта.
Надежда отлично знала, что никогда нельзя входить в открытую чужую квартиру. Такая дверь – как капкан, как открытая ловушка. За ней тебя может поджидать любой, самый неприятный сюрприз. От открытой двери нужно бежать сломя голову.
Но бежать Надежде было некуда. Она обязательно должна поговорить с Ириной, а других координат Муравьевой, кроме этой квартиры, у Надежды не было.
Да ладно, подумала она, что уж такого страшного может быть за этой дверью? Возможны два варианта – либо Муравьева дома, либо ее там нет. В конце концов, определенность лучше неопределенности.
Надежда открыла дверь и вошла в квартиру. Здесь тоже был настоящий разгром. Тумбочка была опрокинута, вокруг нее разбросана обувь, тут же валялись кашемировый шарф и куртка, на которой виднелся отпечаток мужского ботинка.
Надежда как будто своими глазами увидела, как в эту квартиру ворвались посторонние, безжалостные люди, как они выволокли из нее хозяйку, по дороге разрушив и осквернив жилище…
Одновременно Надежда осознала странную, даже парадоксальную вещь. Когда она была в этой квартире первый раз, жилище Муравьевой показалось ей каким-то неживым, ненатуральным, слишком стерильным и прибранным.
Теперь же чего-чего, а беспорядка здесь было с лихвой!
Надежда прошла в жилую комнату. Здесь также были следы борьбы и разгрома. Диванные подушки сброшены на пол, посредине блестели осколки разбитого стакана. На низком журнальном столике, рядом с небольшим настольным зеркалом, валялась скомканная, разорванная пополам газета."
"Отчего-то эта газета привлекла внимание Надежды. Приглядевшись к ней, Надежда поняла, что зацепило ее.
Да, точно, губная помада. Цвет увядшего шиповника. Надежда любила этот оттенок, и в косметичке у нее лежал тюбик похожей помады. Видимо, Ирина Муравьева пользовалась такой же. Но почему пятно помады оказалось на газете?
Надежда Николаевна склонилась над газетой.
