Надежда смотрела телевизор, когда издалека раздавались голос и шаги — это была Маня. Ейка, всегда стремилась убежать, норовила каждый раз, как ее к колышку привязывали. В лесе она искала приключений, надеясь найти что-то новое за пределами обычной жизни. Надежда подумала: кто это там разговаривает? На экране или на самом деле?...
А это значит, что они узнают, что она – это не она… то есть, наоборот, именно она… Надежда окончательно запуталась в этих местоимениях и сформулировала третью мысль короче: она никакая не Ирина Павловна, и эти люди могут подтвердить это доброму доктору Айболиту, и тогда он не станет болтать о замещении воспоминаний и о фиктивном прошлом.
Додумать эту мысль до конца Надежда Николаевна не успела, потому что дверь со скрипом открылась и в палату вошли двое, мужчина и женщина.
Мужчина был лет сорока, худой и сутуловатый, жесткие, коротко стриженные волосы ежиком стояли на голове, костистое лицо было обтянуто желтоватой кожей.
Женщина была немного моложе, начинающая полнеть блондинка с узкими губами, накрашенными ярко-розовой помадой.
Посетители на мгновение задержались на пороге, затем женщина всплеснула руками и устремилась к Надеждиной кровати, сочувственно причитая:
– Ириночка, дорогая, надо же, какое несчастье! Нет, ну как они водят – это же уму непостижимо! Им не то что автобусы – им грузовики с дровами доверить нельзя!
Посетители подхватили стулья, сели рядом с Надеждой.
– Ну, ничего, доктор сказал, что все обойдется, что тебе нужен только покой… несколько дней – и ты будешь как новенькая…
– Но я… но вы… – пролепетала Надежда.
Она опять ничего не понимала.
Если эти люди – знакомые или тем более родственники таинственной Ирины Муравьевой, они должны были сразу понять, что Надежда вовсе не Ирина, а они разговаривают с ней так, как будто все в порядке, как будто они узнали ее… А это значит…
Что это значит, Надежда снова не успела додумать, потому что мужчина перебил свою разговорчивую спутницу.
– Где оно?
– Что? – испуганно переспросила Надежда.
Она сама не могла сказать, что ее испугало больше – то ли выражение лица этого мужчины, то ли его приглушенный голос.
– А на словах он велел что-нибудь передать? – прошипел мужчина, сверля Надежду взглядом.
Надежда прикусила язык.
Что вообще происходит? Кто эти люди? И кто такая Ирина Муравьева, за которую они ее принимают?
Тут блондинка повернулась к своему спутнику и так же тихо сказала:
– Может, она и правда ничего не помнит. Доктор ведь сказал, у нее амнезия.
– Черт! – скривился мужчина. – Что же нам делать?
– Доктор сказал, что это должно пройти.
– Когда?
– Через несколько дней.
