Автор
Войдя в спальню, Денис сразу же почувствовал, как холодный свет погружает его в таинственный мир. Его сердце бешено колотилось от тревоги, ведь он знал, что ключ к чужому сознанию и даже самой жизни лежит здесь. Комната словно затянулась паутиной невидимых связей, укутывая его в тайны и таинственности....
Понимаешь, мне как мужу надоело… понимаешь, что это невыносимо… да, я знаю, что ты предупреждала, но можем же мы пожить как люди… Да я знаю, знаю, что… но ты должна в конце концов понять и войти в мое положение! Я так не могу больше, жить с жабой! С лягушкой, с лягушкой, извини, ну какая разница! Ты посмотри на себя, ты прекраснее всех на свете, ты невообразимая красавица, ты такая умница, ты свет очей моих, зачем тебе эта мерзопакость!
О, вот она. Лежит себе в ящичке для украшений. Для украшений, Бог ты мой, что за ирония.
Как будто сама не знает, что она роскошная. Превращает себя даже не в золушку, а в натуральную лягушенцию. Еще волосы закрутит в шишку, как какая-нибудь тетка из бухгалтерии прошлого века.
Денис вытащил из ящичка бежево-зеленую дрянь и встряхнул, чтобы расправить. Вопреки ожиданиям, кожа была не склизкой и не холодной.
Он бросил шкуру на табурет и чиркнул спичкой. Синий огонек газа загорелся весело, вначале будто бы даже подмигнул и потом словно облизнулся, готовясь сожрать лягушачью кожу.
Газ не погас. Шкурка осела шалашиком и на глазах стала съеживаться, а огонь обнимал ее со всех сторон. Пламя вскинулось к потолку.
