Автор
Войдя в спальню, Денис сразу же почувствовал, как холодный свет погружает его в таинственный мир. Его сердце бешено колотилось от тревоги, ведь он знал, что ключ к чужому сознанию и даже самой жизни лежит здесь. Комната словно затянулась паутиной невидимых связей, укутывая его в тайны и таинственности....
Он дернул, и я ударилась немножко. Это быстро заживет. У нас, у кромешников быстро, Матвей, Матвей, не надо. Ну что ты. Все обошлось.
У него перехватило дыхание, как будто он вот-вот разрыдается. От этого стало еще хуже. Рыдать должна она, перепуганная и раненая девушка, а не он.
– Как ты его! – сказала Ассо, явно пытаясь его отвлечь. – Налетел, как настоящий дракон. Огнедышащий. Ты молодец.
– Ты молодец, что написала мне сообщение. Я спал. Я спал. Я мог проспать все на свете, Ассо, ты понимаешь?! Ты должна была сказать водителю, что сейчас сходишь за деньгами в квартиру, что ты потеряла кошелек или что ты позвонишь сейчас мужу и он тебе вынесет…
– Мужу? – повторила она.
– Мужу. Таким людям нужно показывать, что ты не одинокая девушка, что тебя есть кому защитить. Хотя на самом деле, блин…
На него снова нахлынула ненависть, всепоглощающая ненависть к самому себе, и страх, что было бы, если… ведь он оказался у подъезда по чистой случайности. И теперь ему с этим жить.
– Матвей. – Ассо положила руку ему на плечо.
– Прости меня, – сказал он. – Прости меня, Ассо. Прости, прости.
Взял за руку и повел в квартиру.
Глава 37"
"– Ладно тебе, – сказал Денис, закуривая в открытое окно. – Если бы у нее были с собой деньги, он бы все равно мог напасть. Это из серии «на ней была слишком короткая юбка». Нормальные люди не трогают женщин против их воли, даже если юбки вообще нет.
– Это да, – согласился Матвей.
Он был мелким, но все же чиновником по линии нейтралов, и у него имелись свои методы общения с полицией, однако рассказывать о них людям он не собирался.
Не разбудить Дениса у них с Ассо все-таки не вышло. Ей ведь надо было в душ и переодеться, и еще они все перешептывались, пока сонный Денис не выполз из спальни с требованием перестать шуршать и вести себя уже как приличные люди – или не-люди, или кто угодно, как скажете, да вы на себя посмотрите, вы же все в крови!
Это было, конечно, преувеличение.
– Руки болят?
Матвей покачал головой.
– Я вообще не истерик, – сказал он, понижая голос, хотя Ассо принимала душ и не могла их слышать.
