В центре сюжета — противостояние судьбе и человеческой хитрости. Киевский воевода Мистина заключает ряд с лукавым князем Етоном, получившим от богов необычный дар — три жизни. Когда старик пытается обмануть договор и судьбу, разворачивается напряженная борьба между волей человека и...
Раздел Chitat.online для книги «Ключи судьбы» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В центре сюжета — противостояние судьбе и человеческой хитрости. Киевский воевода Мистина заключает ряд с лукавым князем Етоном, получившим от богов необычный дар — три жизни. Когда старик пытается обмануть договор и судьбу, разворачивается напряженная борьба между волей человека и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В центре сюжета — противостояние судьбе и человеческой хитрости. Киевский воевода Мистина заключает ряд с лукавым князем Етоном, получившим от богов необычный дар — три жизни. Когда старик пытается обмануть договор и судьбу, разворачивается напряженная борьба между волей человека и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Где это его так? Девять лет назад была последняя Деревская война… а еще за два года перед тем – поход на смолянского князя Свирьку. Впрочем, с тех пор в Киев могли пробраться люди, получившие такие рубцы в любой части белого света. У самого Мистины на левой скуле еще можно было разглядеть белую черточку – след похода по Греческому царству без малого двадцатилетней давности.
Однако кое-что заставило воеводу замедлить шаг – взгляд побирушки. Единственным своим глазом тот смотрел на него прямо и жадно, чуть ли не с вызовом. Наткнувшись на этот взгляд, Мистина остановился на мостках. Рослый, плечистый, словно из живого железа отлитый, в красном кафтане с полосками серебряной тесьмы на груди поверх узорного сине-голубого шелка, он возвышался над серо-бурыми, в мешковатых драных рубищах бродягами, как Перун над нечистью болотной. И, как нечистики от взора Перунова, бродяги пятились и ползли прочь с дороги. Хазарский пояс в серебре, дорогущий меч-корляг с золоченой узорной рукоятью на плечевом ремне, золотые обручья на обеих руках, за поясом звенящая плеть с серебряной рукоятью, сделанной из втулки сломанного копья, – старший сын покойного Свенельда воплощал собой всю мощь и богатство державы Русской. Но даже не роскошь платья и оружия – спокойный и уверенный взгляд серых глаз, исходящая от воеводы победительная сила, подчинявшая одним своим присутствием, заставляла всех встречных отводить взор и склонять голову, поспешно сдергивая шапки.
Поклонился и одноглазый, но, подняв лысеющую голову с очень высоким выпуклым лбом, вновь устремил на воеводу жадный взгляд. Мистина оглядел его сверху вниз – стремительно и пристально.
– Откуда рубец?
– Лихие люди на городец мой набегали, – хрипло ответил одноглазый и наконец отвел взгляд. – Бился с ними, едва живота не лишился.
– Давно?
– Да вот девятая зима миновала.
Мистина кивнул – его догадка о возрасте рубца подтвердилась – и пошел дальше. Окажись одноглазый из уцелевших отроков греческого похода – воевода расспросил бы, кто таков, в чем нужда и как сюда попал, помог бы чем-нибудь. Славнейший поход молодости вспоминался с удовольствием, и всякий соратник тех времен, за минувшие восемнадцать лет не ушедший к дедам, теперь вызывал легкое теплое чувство.
Бродяга был не из их числа. И его незачем спрашивать об имени: человек без рода – никто, он все равно что камешек под ногами. Но как раз таких Эльга в последний год привечает, кормит и одевает: так велит ее новый греческий бог. Бог для таких – у кого нет ни рода, ни чуров, никакого корня в земном мире. И этих Христос обещает взять к себе, в свой небесный род.
