Отец покрасил его чёрной матово поблёскивающей на солнце краской, и Гордей, вызывая зависть соседских мальчишек, лихо катался на нём по дворам и ближайшим окрестностям.
С тех самых пор Гордей накрепко усвоил, что за одну старинную вещь можно выручить денег больше, чем за месяц работы в медеплавильном цехе, где работал отец.
Гордей был мальчик любопытный, поэтому записался в районную библиотеку и быстро пристрастился читать книги по истории, чем несказанно удивил родителей. Тёплыми летними вечерами любил он также потолкаться на площади возле краеведческого музея, где собирались коллекционеры всех мастей – от начинающих филателистов до опытных нумизматов. Сам Гордей долго не мог определиться, поэтому живо интересовался всем, что попадалось на глаза, и вскоре стал своим среди этой пёстрой публики. Долгое время Гордей ничего не покупал и ничего не продавал.
– Мальчик, ты что здесь забыл? – спрашивали его мужчины с бегающим взглядом.
Гордей смущался, переступал с ноги на ногу и честно отвечал:
– Мне так интересно всё, о чём Вы рассказываете! В школе об этом ничего не говорят. Можно, я немного рядом постою и Вас послушаю?
– Ладно, слушай! Только под ногами не мешайся и руками ничего не трогай, – милостиво разрешали польщённые коллекционеры, минуту назад взиравшие на него с подозрением.
Летом Гордей, к всеобщему удивлению одноклассников, отказался от бесплатной путёвки в пионерский лагерь, которой его наградили, как победителя олимпиады по истории древнего мира, а, сложив в рюкзак несколько банок консервов и пакет сухарей, прихватил сапёрную лопатку и уехал в Подмосковье, где, по свидетельству ветеранов, в 41-ом году проходил рубеж обороны.
Через неделю похудевший, чумазый и искусанный комарами, он вернулся в город. К удивлению старших товарищей, Гордей на первой же сходке выложил на продажу два золочёных нательных крестика, хорошо сохранившуюся потемневшую луковицу серебрёных часов с массивной цепочкой, тяжёлый металлический портсигар, внутри которого находилась маленькая иконка в позолоченном окладе, парочку позеленевших медалей «За отвагу», и самую главную находку – орден Красного знамени.
Коллекционеры, не торгуясь, раскупили всё, что предложил Гордей. Позже он узнал, что по неопытности сильно продешевил, но и вырученных денег было так много, что он растерялся.
Когда Гордей пересчитывал выручку и опьянённый удачей глупо улыбался, к нему подошёл худой старик в потёртом летнем костюме по моде тридцатых годов – большой знаток и любитель старинной иконописи. Никто не знал его настоящего имени, и видимо, поэтому его уважительно величали Апостолом.
– Мальчик, я тебя не обманывал, – сказал Апостол, теребя аккуратно подстриженную седую бородку.