В круге кипело веселье – светлая гостиная «Галеон», новый и величественный, украшенный морскими принтом, сегодня радовала корпоративную трапезу. Круглый стол утопил в красках и шумных смехах — весь вечер был посвящен юбилею компании, где Надежда с Сан Санычем Лебедевыми много лет была замдиректором....
Возможно, красный цвет некоторых пятен вызвал в ее памяти выразительный цвет платья убитой блондинки, или, может быть, эти яркие пятна напомнили ей нарядный стенд с фотографиями той вечеринки в холле фирмы мужа.
Как бы то ни было, ожидаемый покой не приходил. Напротив, она чувствовала растущую тревогу.
Надежда перевела взгляд с картины на журнальный столик перед диваном. Журналы на нем лежали специфические, профессиональные: «Актуальные вопросы психоанализа», «Современные аспекты ретроградного анализа», «Социальная психология»…
Она машинально взяла один из журналов, открыла его на середине и прочла:
«В моей практике имел место запущенный случай спонтанно развившейся выборочной амнезии, связанной с тем, что пациент в раннем детстве пользовался бумажными подгузниками Запорожского целлюлозно-бумажного комбината…»
Вот теперь Надежду заклонило в сон.
Задержавшись на пороге кабинета, Селиверстов обернулся и проговорил, явно адресуя свои слова Нелли Дмитриевне:
– Повторяю: все очень серьезно! Для меня последствия могут быть самыми ужасными, я уж не говорю о той женщине… После того что случилось, я буквально не могу уснуть! И не говорите, что вы тут ни при чем! Вы тоже за все ответите!
Он резко захлопнул дверь кабинета, так что со шкафа упала металлическая вазочка, несколькими быстрыми шагами пересек приемную и покинул квартиру.
В приемной незаметно, как тень, появилась секретарша.
"– Проходите, пожалуйста! Нелли Дмитриевна вас ждет!
– Ой! – вскрикнула Надежда, вскакивая с дивана. – Извините, я вспомнила, что забыла закрыть кран в ванной! Вода перельется и затопит соседей, а подо мной живут такие скандальные люди. Извинитесь за меня перед Нелли Дмитриевной, я ей позже перезвоню и договорюсь на другое время.
