Автор
В мрачном подземном транспорте города майора Зубова клубничное пятно на парадной блузке становится последним штрихом в картине неудачного дня. Каждое движение кажется сложнее обычного, и она остро осознает, как легко может превратиться в нелепую историю, которую весь метрополитен будет судить....
— Кать…"
"— Ты поговорить хотел? Об этом, да? Так? Ты — идиот, Зубов! Я с тобой больше не собираюсь разговаривать вообще! У тебя все мозги в штанах, правильно Машка говорила!
Она делает резкий рывок в сторону двери и под мое дикое: «Стоять!», выбегает прочь.
Дергаюсь за ней, но по пути с меня сваливаются, ко всем херам, штаны, что существенно замедляет погоню.
И неожиданно отрезвляет немного.
Я подтягиваю пояс штанов, иду к кулеру, набираю воды и плещу себе в рожу из стаканчика холодную воду.
И еще раз.
Потом падаю на стул и пару раз долблю кулаком по столешнице.
Идиот! Гребанный идиот! Права белобрысая бестолочь… Поговорил, да? Поговорил… Хорош, майор Зубов.
Чуть девчонку не изнасиловал прямо на объекте…
Это до какой степени она мне мозг отключила, Клубничка проклятая! Искушение ходячее!
Злость на себя, идиота, сейчас перекрывает все остальные эмоции.
Злость и… сожаление.
Тупой мудак. Долго возился с молнией! Потерял сноровку! Если б чуть-чуть быстрее, трахал бы уже сейчас мою Клубничку прямо тут. На этом столе.
Член, немного приунывший, тут же воодушевленно соглашается со мной, но я его поддержку игнорирую.
Встаю, выдыхаю, привожу себя в порядок.
Так… Что у нас во-первых?
Начать пить успокоительные. Например, те транки, что мне доктор прописывал после пустыни. Я их не пил, естественно, потому что птср был только в голове у этого коновала, а уж никак не у меня. Но вот теперь можно.
Во-вторых, строго на пионерском расстоянии выяснить и урегулировать вопрос с дочерью.
В-третьих, внимательнее посмотреть на Хохлова. Он и так, в числе прочих, в разработке по моей основной специальности, но теперь еще и в этом ракурсе.
И, самое основное, почистить камеры. Это прямо сейчас надо сделать.
