Я знала, что Алекс был искренен, как и то, что он не хотел обидеть меня, но это не оправдывало ложь.
– Думаю, ты не хотел этого, и понимаю, что в какой-то степени тебе не было никакого смысла рассказывать мне о своей дочери, но, Алекс…
– Знаю, – прервал он меня, подходя и садясь рядом со мной. Его внезапная близость заставила меня нервничать, мое колено почти касалось его. Он весь, казалось, занимал все мое поле зрения, а воздух вокруг меня, похоже, сгустился так, что все мои чувства могли воспринимать только его и ничего, кроме него. – Знаю, ближе к концу отпуска мне нужно было все тебе рассказать, но, Никки, ты очень расстроилась, когда я вывалил на тебя всю информацию, которую тогда узнал о твоей семье, да и к тому же у нас оставалось так мало времени, чтобы побыть вместе…
Посмотрела на него в ответ и застыла на месте.
Я так скучала по нему, так жаждала его прикосновений, близости, тепла…
Внезапно мой разум, казалось, не смог сформулировать связные мысли, у меня словно отняли мозг, и мне совсем не понравилось это чувство.
Я встала и отошла так далеко, как только могла.
– Я понимаю, – хотя в глубине души все еще не могла ему этого простить.
– Ты действительно понимаешь? – спросил он меня."
"Я отвернулась и посмотрела в окно, на птиц, которые пили из лужиц в саду, на цветы, которые не нужно было поливать, потому что вода в Англии самопроизвольно обеспечивала собой любое зависящее от нее живое существо.
По телу пробежала дрожь, когда он оказался у меня за спиной.
– Я много думал о тебе, – признался мне Алекс, и его рука поднялась по моей, лаская меня от плеча до запястья.
Я закрыла глаза, позволяя себе вздрогнуть от его прикосновения.
– Я помню каждое мгновение, которое мы провели вместе, каждый раз, когда ты была моей, и каждый поцелуй, который я тебе подарил.
Так и продолжала стоять, не открывая глаз, стараясь не поддаться искушению, которое возникло от его слов.
Алекс придвинулся ближе, пока я не почувствовала, как его грудь касается моей спины, а ширина его тела полностью накрывает мое.
– Никки…
Но мне нужно было остановить его, остановить то, что он собирался мне сказать, потому что не было никакого смысла продолжать в том же духе.
– Мне нужно подышать свежим воздухом, – оборвала его я, поворачиваясь и обходя его, чтобы установить дистанцию между нами, а затем прошла в направлении двери.
Я не стала ждать, пока он откроет ее, сделала это сама и вышла на улицу.
Солнце скоро сядет, и воспоминания обо всех закатах, которые мы с ним разделили, заставили меня задуматься обо всех тех, что мы с ним провели порознь, потому что наша связь могла существовать только ограниченное время и в определенном месте.