На помощь Ладоге подоспели войска новгородского князя Святослава, и после жестокого боя лишь двенадцати шведским кораблям удалось уйти.
Можно предположить, что и после этого происходили морские баталии и взаимные нападепия соперников на суше, но лишь некоторые из них остались в летописях. Известно, например, что в 1178 году карелы разрушили поселение шведов в Финляндии.
В 1187 году Новгород нанес наконец мощный ответный удар. Карелы на своих ладьях проникли по судоходному каналу к крупнейшему шведскому городу того времени Сигтуне, стоявшему в двадцати километрах от моря, взяли ого штурмом и сожгли. После этого Сигтуна так и не возродилась. Из похода карелы привезли в Новгород так называемые сигтунские врата, которые и сегодня украшают собор святой Софии.
Наступление шведов в Финляндии и на торговых путях новгородцев было остановлено. Но лишь временно.
В первой половине XIII века на Руси появились татаро-монголы. Они не дошли до Новгорода. Казалось бы, он должен был процветать и далее. Но крушение русских княжеств непоправимо ударило по новгородскому благополучию. Ведь Новгород был в первую очередь посредником между Европой и Русью. Отныне же объем торговли резко сократился, и конкуренты Новгорода в Европе смогли вытеснить его с важных путей. К тому же продолжались войны со Швецией, и новгородскому князю Александру приходится сражаться со шведами на Неве, а затем вести свои войска на юг, к Чудскому озеру. Тевтонский орден оказался более опасным соперником, чем шведы. Новгороду удалось тогда отразить нападения врагов, но многие из своих западных земель город потерял.
Судьбы Руси и Польши во второй половине XII века имеют немало общего.
Их внутренние проблемы весьма схожи — тот же раскол, то же дробление на удельные княжества, то же военное ослабление.
Король Болеслав Кривоустый (1102–1138) был последним в ту эпоху единовластным хозяином Польши. Однако на первых порах власть Болеслава активно оспаривалась как его братом Збигневом, так и можновладцами — крупными феодалами, богатством и силой не уступавшими королям. Самым могущественным из польских феодалов был Петр Власт, родственник Болеслава, известный своим благочестием и богатством. Считается, — что он построил в стране не меньше костелов, чем сам Болеслав. Можновладцы, порой связанные родственными узами с правящим домом — Пястами, а порой поднявшиеся из племенных вождей Поморья или Мазовии, сформировались как решающая сила в Польше раньше, чем феодалы на Руси, где бояре играли важную роль лишь в Галиче и в Новгороде. Центральной власти противостояла в Польше и католическая церковь.
Здесь таится важное различие в развитии Польши и Руси. Русь приняла духовное главенство Византии, оттуда шли книги, ехали священники, художники и мастера.