Ну, а на месте поединка, расскажи мне, как это произошло.
Он сочинил драматическую сцену:
— Когда мы сошлись лицом к лицу, в двадцати шагах, то есть на расстоянии, только в четыре раза большем, чем эта комната, Жак спросил, готовы ли мы, и скомандовал: «Стреляй!» Я немедленно поднял правую руку и вытянул ее по прямой линии. Но я сглупил, целясь в голову. У моего пистолета курок был тугой, а я привык к легкому спуску. Сопротивление курка отклонило выстрел в сторону. Но все же я едва не попал в него. Он тоже ловко стреляет, каналья! Его пуля чуть не задела моего виска. Я почувствовал сотрясение воздуха.
Она сидела у него на коленях, обняв его, словно желая разделить угрожавшую ему опасность, она шептала:
— Бедняжка! Бедняжка!
Когда он кончил рассказывать, она произнесла:
— Знаешь, я не могу без тебя жить! Я должна с тобой видеться, но, когда мой муж в Париже, это сопряжено с неудобствами. По утрам я могла бы выбрать свободный часок и забегать поцеловать тебя, когда ты еще в постели. Но я ни за что не пойду в твой ужасный дом. Что же делать?
Его внезапно озарила блестящая мысль; он спросил:
— Сколько ты здесь платишь?
— Сто франков в месяц.
— Прекрасно, я возьму эту квартиру на свой счет и поселюсь в ней по-настоящему. При моей новой должности прежняя квартира мне все равно не годится.
Она подумала несколько минут, потом ответила:
— Нет, я не хочу.
Он удивился."
"— Почему это?
— Потому что…
— Это не объяснение. Эта квартира очень мне нравится. Я здесь, и я не уйду.
Он засмеялся:
— К тому же она ведь снята на мое имя.
Она не соглашалась:
— Нет, нет, я не хочу…
— Но почему же?
Тогда она тихо, нежно прошептала:
— Потому, что ты будешь приводить сюда женщин, а я этого не хочу.
Он возмутился:
— Никогда в жизни! Я тебе обещаю.
— Нет, ты их все-таки будешь приводить.
— Клянусь тебе.
— Правда?
— Честное слово… Этот домик — наш, только наш.
Она порывисто обняла его.
— Ну, тогда я согласна, мой милый. Но знай, если ты меня обманешь хоть раз, хоть один раз, — между нами все будет кончено навсегда.
Он снова с жаром поклялся; было решено, что он в тот же день переедет, чтобы она могла заходить к нему всякий раз, когда будет проходить мимо.
Потом она сказала:
— Во всяком случае, приходи в воскресенье обедать. Мой муж очарован тобой.
Он был польщен:
— Вот как! Правда?
— Да, ты завоевал его симпатии. Послушай, ты говорил, что провел детство в поместье. Правда?
— Да. Ну, и что же?
Ты немножко знаком в таком случае с сельским хозяйством?
— Да.
— Так вот, поговори с ним о садоводстве и земледелии; он это очень любит.
— Отлично. Постараюсь не забыть.
Она покинула его, осыпав бесконечными поцелуями; после этой дуэли ее нежность к нему особенно возросла.