120 дней Содома, или Школа разврата — читать онлайн бесплатно полностью

Когда я увижу, что она вас расцеловала от души, будем считать, что примирение состоялось». Бесстыжая Люсиль прижимается к сморщенному лицу несчастной матери своим задом, осыпая ее бранью, пока граф не разрешает наконец старухе вернуться в постель и снова приступает к ней. «Еще раз повторяю, – говорит он, – что, если вы изложите мне все свои нужды, я вам помогу»."

"Бедняки все же доверчивы и редко теряют окончательно надежду разжалобить того, кто их слушает. Старуха принялась рассказывать обо всех своих горестях и особенно горько сетовала на похищение дочери, упрекала Люсиль, что той известно о местонахождении сестры, поскольку дама, с которой Люсиль приходила недавно, напрашивалась в покровительницы дочери. Из этого старуха сделала вывод (и вывод очень разумный), что сама эта дама и сманила девочку. А между тем граф, оборотясь лицом к заднице оставшейся по его приказанию без юбок Люсиль, целуя время от времени этот великолепный зад, подрачивая себя при этом, слушал, прерывал рассказ вопросами о подробностях и проявления своего гнусного сладострастия соразмерял с получаемыми ответами. Слова старухи, что отсутствие дочери, своим трудом доставлявшей ей жалкое пропитание, неминуемо сведет ее в могилу, что уже четыре дня у нее ничего не было, кроме молока, а теперь и его граф испортил, довели графа до неистовства. «А, тварь, – закричал он, и струя его спермы брызнула на старуху. – Ты подохнешь, шлюха, – продолжал он, все сильнее тиская ягодицы Люсиль, – подохнешь, сука, не велика беда. Мне только жаль, что не могу сам тебя прикончить сию же минуту». Тут поток его спермы иссяк, но не таков был граф, чтобы удовольствоваться только одним излиянием сока. Он начал рыскать повсюду, а Люсиль, у которой была своя роль, старалась укрыть его маневры от глаз матери. Обшарив все углы, граф нашел кружку с кучкой монет, единственным жалким достоянием несчастной. Он ссыпал деньги к себе в карман, и это злодеяние снова вздыбило его член. Он стаскивает старуху с кровати, раздевает ее донага и приказывает Люсиль дрочить его прямо на изможденном теле старой женщины. Но и этого ему показалось мало: он излился, метнув струю прямо на эту ветхую плоть, нещадно браня несчастную, приговаривая, чтобы она зарубила себе на носу, что она скоро еще получит новости и о нем, и о своей младшей дочери, которую он хочет заполучить в свои руки. Последнее свое излияние граф совершал в неистовом исступлении: его гнусное воображение уже рисовало ему все те надругательства, которым он подвергнет эту несчастную семью. Чтобы не возвращаться более к этому делу, послушайте только, господа, до какой степени дошло мое злонравие.