— Это не вам решать.
— Не мне, сейму. И он примет верное решение. Тебя вылечат. И когда эта болезненная одержимость пройдет, ты поймешь, что мы были правы.
Проклятье! С ней невозможно разговаривать!
— Уйдите! — процедила едва слышно и уже громче потребовала. — Оставьте меня в покое. Я не хочу вас видеть. Лучше бы я никогда этого не знала! Не знала вас. Элгару не стоило привозить меня сюда! Но он это сделал! Сделал, хотя мог скрыть.
И вы после этого его обвиняете?
Я видела, как слезы бегут по ее щекам, но сдержаться не могла. Внутри все кричало от боли и несправедливости.
— Уходите! — снова потребовала я.
— Мы поговорим позже, — выдавила Микелла и вышла, оставив меня одну.
А меня трясло. Так сильно, что словами не передать. Так хотелось схватить стул и швырнуть его в стену. И это было так сильно непохоже на ту прежнюю Софи. Ту амебу, которая в сложившейся ситуации должна была сжаться и молчать, покорно ожидая результата. И так же покорно его принимая.
Но этого не будет. Я другая! Форр сделал меня другой.
Немного успокоившись, я принялась ходить из одного угла в угол и думать. Элгар сказал, что мое слово в любом случае будет решающим. Значит, бояться нечего.
Снова зашипела, отъезжая, заставив меня резко обернуться, обидные слова застыли на губах, когда я увидела моего гостя.
— Что вам надо? — не очень вежливо и даже грубо спросила я у Аррата, который спокойно вошел в комнату, закрыв за собой дверь.
— Здравствуй, София, — безмятежно улыбнулся он, присаживаясь на стул.
Но улыбка никак не вязалась с холодным блеском черных глаз, один взгляд которых заставил меня сжаться в предчувствии беды.
Нет, его приход ничего хорошего не обещал.
— Уходите, — выдохнула испугано.
— Обязательно. Но только после того, как мы с тобой поговорим. Мне с таким трудом удалось пробраться сюда и сделать так, чтобы нам никто не помешал… и нас никто не услышал. У нас не так много времени, София, мои покровители не всесильны, так что давай сразу перейдем к делу.
Я напряглась еще больше, чуть отступая к стене.
— Мне не о чем с вами разговаривать. Вы зря теряете время.
— Ошибаешься, София, есть. У меня для тебя припасено одно очень заманчивое предложение.
— На которое отвечу отказом, — отрывисто перебила его я.
— Я бы не был столь категоричен. Особенно, когда дело касается твоей дочери.
Сердце замерло, и я будто сжалась, утратив весь боевой пыл.
Сглотнула и выдохнула:
— При чем здесь Айрин? Что с ней?
— Пока ничего. Пока. Все будет зависеть только от тебя.
— Вы… вы угрожаете?
Вот так открыто? В здании сейма? Ничего не боясь? Хотя он сам только что сказал, что сделал все, чтобы нас никто не услышал, но все равно, это было более чем странно.
— Зачем так резко? Никаких угроз. Назовем это предупреждением.