Харьковский студент из 2011 года оказывается на войне в июле 1941-го. За год он адаптировался к фронтовой жизни, но впереди — Сталинградская битва и встреча с заградотрядами, охотившимися на собственных бойцов. История о выживании, морали и цене победы.
Раздел Chitat.online для книги «1942. Реквием по заградотряду» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Харьковский студент из 2011 года оказывается на войне в июле 1941-го. За год он адаптировался к фронтовой жизни, но впереди — Сталинградская битва и встреча с заградотрядами, охотившимися на собственных бойцов. История о выживании, морали и цене победы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Харьковский студент из 2011 года оказывается на войне в июле 1941-го. За год он адаптировался к фронтовой жизни, но впереди — Сталинградская битва и встреча с заградотрядами, охотившимися на собственных бойцов. История о выживании, морали и цене победы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
На смуглом лице Икрама появилась улыбка, несколько кривоватая из-за шрама, пересекавшего обе губы. Шрам начинался под правым глазом и уходил на левую сторону нижней челюсти. Когда Малышев впервые его увидел, то решил, что это шашкой. И, как оказалось, был прав. Икрама достал красный пограничник в сабельной схватке. А потом подобрал Орлов.
– Что ты, Иван Петрович?
– Я? – переспросил Малышев. – Куда ж я?.. Конечно… Хотя…
– Что – хотя? – Орлов присел на корточки перед старшим сержантом."
"– С каких это пор в Красной армии приказы обсуждаются? – Малышев в упор посмотрел в глаза Орлову. – Митинг, может, еще устроим, как в семнадцатом? Мне дядька рассказывал, идут они, значит, в атаку, их немец пулеметным огнем к земле прижал, лежит цепь, а председатель солдатского комитета объявляет, что ставится на голосование вопрос о продолжении атаки. Есть предложение продолжить переползанием. Кто «за»? Кто «против»? «Воздержался», мать его так? И поползли дальше, пока новое предложение не поступит… Или мы все-таки не в Красной армии?
Орлов встал, не отвечая.
– Малышев дело спрашивает, командир! – сказал Никита. – Если это не Красная армия, то кто тебя старшим назначил? И получается, что лично я могу послать тебя подальше…
– Не можешь, – усмехнулся Чалый, уже открыто наводя на него «ППШ». – Нет, конечно, попытаться ты можешь…
– Не нужно, полковник, – Никита указал взглядом на револьвер в своей левой руке. – Всякое может получиться.
– Убрали стволы! – крикнул Орлов, становясь между Никитой и Чалым. – Стволы – убрали!
В руке Таубе оказался «вальтер» образца тридцать восьмого года, Икрам, вскочив на ноги, словно из воздуха выхватил изогнутый кинжал в локоть длиной, а Дуглас выставил руки ладонями вперед. Пустые руки.
Малышев, наконец, добрался до своего автомата и щелкнул затвором. Теперь он был готов стрелять, оставалось понять – в кого.
Старший сержант медленно встал с песка, держа автомат в опущенной руке, стволом книзу.
– Слышь, Никита! – позвал Ставров, единственный, кто никак не отреагировал на суету с оружием. – Ты знаешь, как отсюда выбраться, если, скажем, убьешь Орлова и Чалого?
– Как же, убьет… – буркнул Чалый. – Я ему вот как убью… Гэбист хренов, мать его так…
Чалый попытался обойти Орлова, чтобы тот не заслонял собой Никиту, но Орлов схватил его автомат за ствол и пригнул к песку.
– Мы ж не знаем, где откроется воронка, – спокойно сказал Ставров.
Леонид взял пачку, которую ему привез Чалый, открыл ее, достал сигарету.
– У кого есть огонь? – спросил Ставров. – Жуть как курить хочется…
Конвей бросил ему зажигалку, Ставров поймал, чиркнул колесиком, прикурил. Бросил зажигалку обратно.
– Не знаешь ты, Никита. И никто не знает, кроме Орлова, случайно это у него получилось или специально.
