В первые дни наступления о нем не сообщалось ни в газетах, ни по радио, но слышавшие канонаду ленинградцы понимали, что часы отсчитывают последние дни блокады. В том, что наступление будет успешным, никто уже не сомневался. От канонады буквально дрожала земля. В истории немецкой 170-й пехотной дивизии эти дни описаны как ад при жизни: «Разрывы мин и артиллерийских снарядов невозможно было различить в грохоте бомб, вое «сталинских органов» и стрелявших из Кронштадта корабельных орудий». Ураганным огнем морских орудий немецкая оборона на подступах к Ораниенбаумскому плацдарму была буквально сметена. Немецкие пехотинцы быстро остались без артиллерии и пулеметов, редкий огонь винтовок уже не мог сдержать советских атак. Неожиданно мощный удар Красной Армии привел к быстрому развалу всей немецкой обороны. Генерал-фельдмаршал фон Кюхлер запросил у Гитлера разрешения на отвод войск из района Мги с целью высвободить дивизии для отражения советского наступления. Однако фюрер не дал определенного ответа, что имело для немцев роковые последствия. Переброска с Синявинских высот дивизии со «Штурмгеверами» запоздала. От целостного фронта остались одни развалины.
Через неделю после начала операции наступающие части советских 2-й ударной и 42-й армий соединились в районе Ропши. Трофеями Красной Армии стали 265 орудий, обстреливавших Ленинград, в том числе 85 тяжелых. Окружение нарушило все планы фон Кюхлера об организованном отходе. Пробитая окружением брешь в обороне превратила последовательный отход немецких войск в поспешное бегство. Фронт все дальше откатывался от Ленинграда. Канонада становилась все тише, а через несколько дней в городе наступила долгожданная тишина.
ПООЩРЕНИЯ ЛИЧНОГО СОСТАВА КРАСНОЙ АРМИИ"
"В соответствии с уставом, в Красной Армии существовала сложная система поощрений личного состава. В зависимости от занимаемой должности, командир имел определенные полномочия в их применении. Так командир отделения мог объявлять личную благодарность или объявлять благодарность перед строем отделения, тогда как командир полка имел право не только объявлять благодарность перед строем части, но и награждать некоторыми правительственными наградами, а также выдавать денежное вознаграждение. В конце войны, когда Красная Армия наступала, освобождая города, по случаю каждого такого освобождения Верховный Главнокомандующий издавал приказ, в котором благодарил части участвовавшие в операции. Этот приказ в виде персональных грамот доводился до каждого бойца части, участвовавшего в боях. Можно сказать, что это была низшая форма поощрения. Следующим по степени значимости были денежные поощрения. Строгая такса устанавливалась соответствующими приказами НКО.