Воспоминания видного советского конструктора о создании стратегических ракет в эпоху холодной войны. Автор раскрывает драматические моменты космической гонки, технические достижения и личные судьбы ученых, работавших над оружием, которое определяло баланс сил между сверхдержавами.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Книга 3. Ракеты и люди. Горячие дни холодной войны» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Воспоминания видного советского конструктора о создании стратегических ракет в эпоху холодной войны. Автор раскрывает драматические моменты космической гонки, технические достижения и личные судьбы ученых, работавших над оружием, которое определяло баланс сил между сверхдержавами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Воспоминания видного советского конструктора о создании стратегических ракет в эпоху холодной войны. Автор раскрывает драматические моменты космической гонки, технические достижения и личные судьбы ученых, работавших над оружием, которое определяло баланс сил между сверхдержавами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я не раз слушал рассказы о событиях, сопровождавших полет «Восхода-2». Только той ночью из спокойной беседы с Беляевым я осознал, как мы были близки к космической трагедии – возможности гибели Беляева и Леонова на орбите. Возвращение их на Землю при технике того времени я до сих пор считаю великим везением. Трагедия произошла с самим Беляевым менее чем через год после этой нашей ночной беседы. Он погиб во время операции в том самом госпитале имени Бурденко, в котором меня лечили по поводу загадочной болезни в 1957 году.
Полету «Восхода-2» предшествовали запуск к Марсу, получивший известность как «Зонд-2», и две очередные неудачные попытки мягкой посадки на Луну. На этот же период приходились ожесточенные дебаты по Н1-Л3.
Тем удивительнее, что запущенная 23 апреля 1965 года «Молния-1» №3 оказалась в полном порядке. В зале управления НИП-14 бурю восторга вызвало сообщение, что при первой же попытке ориентации антенна «уцепилась» за Землю. Я поздравлял Бориса Медведева: его оптические датчики устойчиво следили «за краем Земли» – и Владимира Сыромятникова, который обеспечил «дожатие» и впервые осуществлял по сигналам Медведева повороты параболы."
"Впрочем, еще раз мы убедились, как опасно в нашем деле радоваться раньше времени. Получив от телеметристов доклады о полном порядке на «борту» и устойчивой работе приводов, ориентирующих одну из параболических антенн на просторы нашей страны от Москвы до Владивостока, я вопросительно посмотрел на Капланова. Теперь дело было за ним.
– Будем включать?
Все с нетерпением ждали самого торжественного момента – команды на включение ретранслятора.
– Включайте, – согласился Капланов.
Бачурин срывающимся от напряжения голосом сообщил Уссурийску, что мы включаем ретранслятор, и потребовал немедленного доклада о появлении сигнала. Уссурийск успокоил, что они готовы. Их системы контроля орбиты и телеметрия устойчиво принимают борт. Наземные антенны «Сатурна» ведут объект по целеуказаниям.
После выдачи команды на включение ретранслятора ждали от телеметристов доклада о броске тока потребления и, самое главное, подтверждения по датчикам излучения факта начала работы ретранслятора.
Таких докладов не последовало. Неужели команда не прошла?
– Повторить команду!
Что за чертовщина? Бачурин проверяет, и ему докладывают:
– Квитанция о прохождении команды на «борт» вторично получена!
Стало быть, радиотехника ни при чем. Что-то случилось в нашей бортовой схеме. С Куприянчиком и Шустовым прослеживаем по затертой схеме путь прохождения команды от бортового дешифратора до силового переключателя, подающего питание на ретранслятор. По дороге стоит одно-единственное реле.
