Воспоминания видного советского конструктора о создании стратегических ракет в эпоху холодной войны. Автор раскрывает драматические моменты космической гонки, технические достижения и личные судьбы ученых, работавших над оружием, которое определяло баланс сил между сверхдержавами.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Книга 3. Ракеты и люди. Горячие дни холодной войны» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Воспоминания видного советского конструктора о создании стратегических ракет в эпоху холодной войны. Автор раскрывает драматические моменты космической гонки, технические достижения и личные судьбы ученых, работавших над оружием, которое определяло баланс сил между сверхдержавами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Воспоминания видного советского конструктора о создании стратегических ракет в эпоху холодной войны. Автор раскрывает драматические моменты космической гонки, технические достижения и личные судьбы ученых, работавших над оружием, которое определяло баланс сил между сверхдержавами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
По 7К-ОК и Л1 никаких поблажек – тут, имейте в виду, спрос будет без скидок на проблемы!
Когда мы прощались, Литвинов, отставший от министра, крепко пожимал нам руки и, хитро улыбаясь, говорил:
– Это что! Во время войны и сразу после нее, еще при Сталине, таких мирных разговоров не бывало.
6.4 ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ И ГИБЕЛЬ ГАГАРИНА
«Воспитательное мероприятие», проведенное 28 января Афанасьевым, Тюлиным и Керимовым, в определенной степени сплотило руководителей ЦКБЭМ. Мы прекрасно понимали, что инициатива этого «разговора по душам» исходила от Устинова. Делать вид перед коллективом, что ничего не произошло, ни Мишин, ни его заместители не могли. Мы несколько раз собирались и пытались выработать программу первоочередных мероприятий.
К 50-летию Октября мы все же добились успеха – закрепились на плацдарме автоматической стыковки. Но при этом в «Союзах» выявилось столько слабых мест! Пока сближались, из активного корабля вытравили почти все топливо системы ДПО. Один из кораблей вместо управляемого спуска подорвали, ионная система работала неустойчиво. Несмотря на полный «джентльменский набор» неприятностей, мы духом не падали.
Начиная с 7К-ОК № 7 стали устанавливать датчик ИКВ. Теперь появилась возможность ориентации корабля по двум осям: вращению и тангажу – в любое время. На долю «ионки» или любой другой системы осталась только ориентация по курсу. Продолжалась отработка парашютной системы. После всех улучшений появилась полная уверенность в ОСП, но ЗСП оказался непрочным для увеличенного веса спускаемого аппарата. Если Ткачев не сможет повысить прочность парашюта или мы не снизим массу СА на 150-200 килограммов, то полет втроем из программы исключается.
«Алкаши и те пьют только на троих. В космосе отступать от этого народного порядка недопустимо», – такие шутки ходили при спорах о будущей программе пилотируемых полетов.
Было еще много всяких проблем, которые наплывали друг на друга в процессе обсуждений. Первоочередным мероприятием был и пуск Л1, который по готовности выходил на первые числа марта.
Мишин был доволен новым ведущим конструктором по Л1 – Юрием Павловичем Семеновым. Действительно, после того как Семенова разлучили с Тополем – ведущим по 7К-ОК и поручили ему самостоятельный участок – Л1, дела на производстве и при подготовке на полигоне пошли веселее. Во всяком случае, сроки выпуска кораблей Л1 на весь 1968 год не вызывали особых опасений. Однако технических проблем, особенно по управлению и навигации, которые мы осуществляли вместе с коллективом Пилюгина, оставалось предостаточно. Для Л1 оставался «самым главным и проклятым» вопрос: «Когда вокруг Луны полетит человек?»
Это была главная политическая задача.
