Воспоминания видного советского конструктора о создании стратегических ракет в эпоху холодной войны. Автор раскрывает драматические моменты космической гонки, технические достижения и личные судьбы ученых, работавших над оружием, которое определяло баланс сил между сверхдержавами.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Книга 3. Ракеты и люди. Горячие дни холодной войны» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Воспоминания видного советского конструктора о создании стратегических ракет в эпоху холодной войны. Автор раскрывает драматические моменты космической гонки, технические достижения и личные судьбы ученых, работавших над оружием, которое определяло баланс сил между сверхдержавами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Воспоминания видного советского конструктора о создании стратегических ракет в эпоху холодной войны. Автор раскрывает драматические моменты космической гонки, технические достижения и личные судьбы ученых, работавших над оружием, которое определяло баланс сил между сверхдержавами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
При всех космических полетах, сколь бы ни было велико отклонение спускаемого аппарата от расчетной точки приземления, служба поиска и спасения находит его в считанные минуты. В случае с Гагариным самолет, который должен непрерывно сопровождаться радиолокационной службой, не могли обнаружить более двух часов! И это под Москвой, в трех километрах от деревни!
Два кольца ракетных комплексов службы ПВО Москвы способны проследить траекторию полета любого самолета на расстоянии сотен километров. В данном случае его «потеряли» раньше, чем он разбился. Впрочем, ПВО винить нельзя. Эта служба, если нет специального указания, за такими самолетами не следит. В этом мы могли убедиться много лет спустя на других примерах.
Мы не стали мучить Каманина вопросами и поехали в городок. У подъезда дома, в котором жил Гагарин, встретили Леонова. С ним поднялись на шестой этаж.
Валя была больна и еще вчера лежала в больнице. Ее вчера вечером привезли домой. При ней почти безотлучно находилась Терешкова.
Мы бормотали какие-то утешительные слова, соблюдая традиции и ритуал. Зачем?.
Валя Гагарина, безучастная, сидела на диване, завернувшись в плед. Ни рыданий, ни причитаний. Неутешное горе. Вряд ли она понимала, кто заходит и о чем говорят. На весь мир уже было объявлено о гибели Гагарина.
Кремация того, что осталось от летчиков, состоялась вечером 28 марта.
Урны для прощания были выставлены в Краснознаменном зале ЦДСА. Задолго до 9 часов утра 29 марта, времени, объявленного для открытого доступа, от ЦДСА до Садового кольца уже выстроилась очередь. Наша делегация с венками и цветами в 10 часов подъехала на площадь Коммуны – обе стороны бульвара были запружены людьми и машинами. Мы по два раза отстояли в почетном карауле.
Почти весь день мы находились в ЦДСА. Каманин сообщил, что уже после кремации при раскопках на месте катастрофы обнаружили чудом сохранившийся бумажник Гагарина. В нем находилось удостоверение личности, водительские права, 74 рубля и фотография Королева.
Не любимой жены, не дочерей, не матери, а Королева!
За первый день через ЦДСА прошло более 40 тысяч человек. Доступ в ЦДСА прекратился поздним вечером.
С утра 30 марта снова выстроилась нескончаемая очередь – доступ был продолжен до 13 часов. В комнате, где обычно собираются члены похоронной комиссии и «элитные» представители почетного караула, начали поговаривать о продлении доступа еще часа на два. Но распоряжающийся всей церемонией полковник из Управления делами Совета Министров сказал, что Красная площадь уже заполнена народом и нарушать утвержденный Сусловым порядок нельзя.
Похоронная процессия двигалась от ЦДСА к Дому союзов буквально между двух сдерживаемых милицией и солдатами живых стен людского коридора. Больше, чем на похоронах Королева.
