Именно Тато после смерти великого актера и не менее знаменитого любовника (Марчелло Мастроянни умер 19 декабря 1996 г. от рака поджелудочной железы) поведала прессе о том, что в дополнение к завещанию Мастроянни она получила право распоряжаться его художественным наследием. Под дополнением следовало понимать единственное автобиографическое творение Мастроянни, представляющее семичасовый монолог актера, снятый Тато на кинопленку во время работы над последней картиной Марчелло «Путешествие в начале мира».
Это заявление повергло в шок законных и незаконных жен, любовниц и дочерей Мастроянни, поскольку все знали, что его открытость была беспрецедентной. Таким образом, из заинтересованных особ образовался весьма обширный круг, включая главных действующих лиц — Кьяру Мастроянни, Анну Марию Тато, Катрин Денев, Флору Карабеллу, ее дочь Барбару. Понятно, что если самому «латинскому любовнику», как оказалось, скрывать было нечего, то у дам были все же основания опасаться того, что в прессу могут просочиться пикантные подробности их интимной жизни с неугомонным Мастроянни.
Впрочем, к богатой творческой судьбе Марчелло Мастроянни это уже почти не имеет отношения. Все его главные страсти, увлечения и страдания запечатлены не в мемуарных откровениях, а в сотнях километрах кинопленки, где он навсегда остался красивым, остроумным, талантливым и конечно же великим соблазнителем женщин.
Пресли Элвис
(род. в 1935 г. — ум. в 1977 г.)
Американский рок-музыкант, ставший не только суперзвездой, но и секс-символом своего времени.
В 50-е гг. XX столетия слово «имидж» на Западе служило в основном для определения индивидуальных черт того или иного политика. Но вот на эстраду взошел певец, который едва ли не первым создал собственный имидж применительно к музыкальному исполнителю. Имя этого певца — Элвис Пресли, а его образ был прост и понятен всем, и главным образом раскрепощенной молодежи, — бунтарь и секс-символ. Он стал первой суперзвездой рока и одной из немногих звезд музыкального мира, которых можно сравнить с полубогами Голливуда великой эры. Никто не вызывал столь буйных девичьих восторгов, как Элвис. В белоснежном жилете, усыпанном бриллиантами, в позолоченной накидке с позванивающими при движении металлическими долларами, в обтягивающих брюках и кожаных туфлях на высоких каблуках, с гитарой наперевес синеглазый красавец неожиданно появлялся из-за кулис, вихрем проносился по сцене и широко распахивал объятия, как бы желая обнять весь огромный зал и каждую женщину в отдельности. Респектабельный Синатра тоже был кумиром, от него тоже падали в обморок, но таких страстей, которые бушевали во время выступлений Пресли, Америка еще не знала.