Княжна Шаховская. (Первая любовь)». Из этой записи впоследствии возникло название повести «Первая любовь», в ней впервые названа и фамилия девушки, послужившей прототипом ее героини Зинаиды Засекиной. Имеется в виду княжна Екатерина Львовна Шаховская (в замужестве Владимирова), поэтесса, племянница драматурга А. А. Шаховского."
"Сюжет «Первой любви», написанной в 1860 г., уже после смерти матери писателя, автобиографичен. Н. А. Островская в своих воспоминаниях так передает рассказ Тургенева о событиях, нашедших свое отражение в этой повести: «В „Первой любви“ я изобразил своего отца. Меня многие за это осуждали, а в особенности осуждали за то, что я этого никогда не скрывал. Но я полагаю, что дурного в этом ничего нет. Скрывать мне нечего. Отец мой был красавец… Он был очень хорош — настоящей русской красотой. Он обыкновенно держал себя холодно, неприступно, но стоило ему захотеть понравиться — в его лице, в его манерах появлялось что-то неотразимо очаровательное. Особенно становился он таким с женщинами, которые ему нравились».
Юный Тургенев влюбился в молодую княжну Зинаиду так страстно, как можно любить только в отрочестве, когда разница в возрасте (она была старше его на четыре года), воспитании или образовании не играет никакой роли. Поэтому с такой болью воспринял он «ужасную тайну», когда узнал, что Шаховская — любовница его отца.
За платонической любовью последовал и первый сексуальный опыт. В том же «Мемориале» 17-летний Иван записал: «…В 1-й раз имею женщину, Апраксею в Петровском». Апраксея (Евпраксия) Лобанова была крепостной матери Тургенева. По-видимому, Варвара Петровна сама подослала дородную статную девушку, дабы отвлечь сына от грустных мыслей и хандры. С ней и провел целое лето молодой барин, встречаясь в заброшенной избе в селе Петровском, недалеко от Спасского.
А потом каникулы закончились, и Тургенев вернулся в Москву, чтобы продолжать учебу, но свою первую женщину он не забыл. Когда до него дошли сведения, что мать преследует Евпраксию, он написал ей гневное письмо. «Какой же ты уморительный, Иван, когда пишешь о Евпраксии, — отвечала Варвара Петровна сыну, — никогда ни минуты не была она под наказанием… Она живет да стареется беспечно. А за что вольную давать старой девке… Дать ей ассигнацию и полно — мучить ее не за что, награжденья не стоит».
Кстати, некоторые литературоведы предполагают, что именно Евпраксия Лобанова выведена в рассказе «Живые мощи» в образе удивительной русской женщины Лукерьи.
Было у будущего писателя и краткое увлечение белошвейкой Авдотьей Ивановой, служившей по найму в доме Варвары Петровны, имело оно более серьезные последствия. От Тургенева Авдотья родила ребенка, девочку, которую назвали Пелагеей.