Я воображал себе, как через несколько лет они на том же месте будут праздновать победу «Джайентс» в Супербоуле: Вуди, звездный квотербек, и его почти брат Гиллель, новый золотой мальчик, которого с руками отрывают на Уолл-стрит.
* * *В начале их второго курса случилось немаловажное событие. Однажды Вуди, возвращаясь по 5-й автостраде в кампус, примерно на пятой миле после моста Лебанон чуть не сбил молодую женщину, которая шла по обочине. Стояла непроглядная ночь. Он немедленно затормозил и выскочил из машины.
— Ты в порядке? — спросил он.
Она плакала.
— Спасибо, все хорошо, — ответила она, вытирая глаза.
— Опасно так ходить по дороге.
— Я буду осторожнее.
— Садись, отвезу тебя, куда скажешь, — предложил Вуди.
— Не надо, спасибо.
— Садись, говорю.
Девушка в конце концов согласилась. В машине, при свете, Вуди показалось, что он ее где-то видел. Красивая девушка, коротко стриженная; ее лицо было ему знакомо.
— Ты учишься в Мэдисоне?
— Нет.
— С тобой точно все в порядке?
— Точно. Просто разговаривать не хочется.
Он замолчал и высадил ее там, где она попросила: возле безлюдной автозаправки на въезде в Мэдисон.
Звали ее Коллин. Вуди прочел имя на бейдже, когда назавтра увидел ее за кассой той самой автозаправки, у которой ее высадил.
— Так и думал, что где-то тебя видел, — сказал он. — Понял, только когда высаживал.
— Пожалуйста, не будем об этом. Ты заправился?
— Да, полный бак, колонка номер три. И еще вот эти шоколадные батончики. Меня зовут Вуди.
— Спасибо за вчерашнее, Вуди. И пожалуйста, не надо больше об этом. С тебя двадцать два доллара.
Он протянул ей деньги:
— Коллин, у тебя все в порядке?
— Все хорошо.
Вошел новый клиент, и она, воспользовавшись этим, попросила Вуди уйти.
Он не стал спорить. Что-то в ней его смущало."
"Коллин была единственной служащей на автозаправке и целые дни проводила там в одиночестве. Ей было года двадцать два, не больше, она никуда не выезжала дальше школы, но уже успела выйти замуж за дальнобойщика из Мэдисона, который по нескольку дней в неделю проводил в разъездах. У нее был грустный взгляд и застенчивая манера не встречаться глазами с клиентами.
Ее мир ограничивался автозаправкой. Видимо, поэтому она вкладывала в нее всю душу. Прилегающий магазинчик всегда отличался чистотой и хорошим выбором. Там стояло даже несколько столиков, за которыми проезжий люд мог выпить кофе или съесть заводской сэндвич, разогретый Коллин в микроволновке. Уходя, посетители всегда оставляли на столе небольшие чаевые, и она прятала их в карман, ничего не говоря мужу. А по весне переносила столики и стулья на цветущий газон рядом с заправкой.
Пойти в Мэдисоне было особо некуда, и студенты собирались в одних и тех же местах.