Мила наслаждается моментом своего отдыха в уютной комнате после долгого дня. Здесь она может позволить себе погрузиться в чашку кофе и романтические книжки без особых правил, как дома. Однако рядом стоит свекровь в халате, делая ее состояние еще более неудобным, чем голо на кровати....
Ну ты и умная, Мила! Жаль ты не дежурила, уж ты бы в момент разобралась со всеми этими клиническими загадками!
– Не я. Руслан Романович.
– А, да! Конечно! – Спасский исподтишка ей подмигнул. – Пойдемте, дамы, чаю вам налью. Есть у меня одна хитрая заварка.
Но Миле не удалось попробовать хитрой заварки, потому что в коридоре появилась Женя, мол, зашла, как обычно.
Разумеется, как обычно! И как обычно, рассеянно отвечает Миле, высматривая Волчеткина. Будто и не выходила замуж.
Руслан рассказал Миле о случайной встрече у сфинксов, а Женя словом не обмолвилась.
Женя не понимает, что теперь она уже не невинная девушка, и для Руслана запретов на порядок меньше. Почему бы не завести интрижку с замужней женщиной? Кто осудит кроме обманутого мужа?
А уж он осудит так осудит! Миле не хотелось даже представлять себе Долгосабурова в гневе.
Женя не устоит, думала она. Против великой любви не устоит.
Проходя мимо кабинета Волчеткина, Женя ощутимо притормозила, обернулась.
– Пойдем-ка, милая моя! – сказала она грубовато. – Могу я, в конце концов, угостить свою племянницу чаем в приличном заведении?
– Но…
– Без но!
Она втолкнула Женю в ординаторскую, а сама быстро переоделась за шкафом.
– Давно хотела побывать в новой кафешке, а тут такая оказия.
Они спустились в уютный темный подвальчик. Мила заказала чай с пирожными и, поколебавшись, по рюмке ликера. Разговор предстоял тяжелый.
Была минута малодушия, когда она хотела пустить все на самотек. Да ее ли это дело? Пусть Женя влюбляется в кого хочет, Миле-то что?
По крайней мере, я не обязана щадить ее чувства и подбирать слова, решила Мила. Хочешь деликатных разговоров, нечего шататься под чужими дверями.
Она пригубила чаю и без обиняков начала:
– Ты все еще влюблена в Руслана?
– Нет, конечно, – густо покраснела Женя.
– Конечно! Зачем ты тогда приходишь? И всегда без звонка, ведь знаешь, что я могу быть на операции, а Михаил Васильевич – в СЭС или где-нибудь еще? Не отвечай, все равно меня не обманешь.
– Мила, что вы говорите!
– Я говорю правду.
