В свете тусклых ламп и шепелявом шёпоте разговоров сквозит атмосфера рокового бала в имении Барятинских. Магические следы поведают о великом князе, воинах света, готовых на самые отчаянные походы ради чести и славы. Незаметные в мирской суете, они словно живые легенды на грани мифа и реальности....
Твой отец никогда не ценил меня так, как должно! Я, первая статс-дама Империи, была для него всего лишь любовницей! Одной из многих — в бесконечной череде женщин. Он никогда не предлагал мне обвенчаться. О том, что ты — его дочь, не знает никто, кроме Её Величества. И я сама молчу об этом вот уже семнадцать лет! Семнадцать лет я — лишь тень твоего отца. А ему наплевать на меня! Вот уже полгода он даже не смотрит в мою сторону.
— Неправда! — возмутилась Кристина. — Ты думаешь, я не знаю? Ты же сама его прогнала! Это было в твои именины, отец примчался к тебе сразу, как только сумел уйти со службы.
— Да, — Мария Петровна вскинула голову, — прогнала! Потому что я не в силах больше терпеть эту ложь!
— Давай поговорим с отцом. Я уверена, что он…
— Нет! — кинжал в руке сумасшедшей тётки сверкнул. — Поздно! Я уже добилась всего, чего хотела. Я уже — много выше, чем он!
— Я не верю, — упрямо пробормотала Кристина. — Не верю, что это сделала ты! Неужели ты правда способна меня убить?
— Не сомневайся, моя дорогая, — Мария Петровна улыбнулась.
— Поговори с отцом! — прохрипела Кристина. — Умоляю, поговори с ним!
— Нам не о чем разговаривать, — отрезала Алмазова.
— Упаду охотно, — раздался вдруг от окна знакомый низкий голос. — Хоть сию секунду — если это доставит вам удовольствие.
Плотные шторы, свисающие до самого пола, разошлись. Из-за них к нам шагнул Витман.
Я с облегчением выдохнул.
Попенял:
— А я уж вас заждался, Эрнест Михайлович. Решил, грешным делом, что не догадаетесь, где нас искать.
— Помилуйте, Константин Александрович, — Витман развёл руками.
— Вот как⁈ — рявкнула, оборачиваясь к Витману, Алмазова.
Она снова смотрела как будто поверх него.
