Поднять я эту машинку подниму, посадить — тоже…
— Наверное, — раздался снизу напряжённый голос Кристины, — прежде чем управлять самолётом, нужно закончить какие-то курсы.
— Ах, да бросьте, — откликнулся Борис. — Я не удивлюсь, если в скором времени Константин Александрович сам начнёт вести курсы для пилотов!
Я улыбнулся. Вот уж действительно, чего мне не хватает — так это ещё одной толпы учеников. Нет уж. В конце-то концов, у меня сегодня праздник или нет?
— Все от винта! — скомандовал я.
Кто-то из безымянных, безмолвных работников крутанул винт. Застрекотал мотор. Самолёт подтолкнули сзади. Кто-то забросил мне в кабину авиационные очки и кожаный шлем — которые я натянул, пока самолёт набирал скорость.
А скорость становилась всё выше. Двигатель шумел, ветер выл в ушах, пробиваясь даже сквозь плотные наушники. Вот шасси отделились от земли. Первые несколько мгновений казалось, что сейчас самолётик рухнет и развалится на части, как игрушечный. Но лётное поле становилось всё дальше и дальше.
Я начал убирать шасси. Сорок семь оборотов лебёдки, как по учебнику. Эта нехитрая, хотя и трудоёмкая процедура рассеяла внимание. Самолётом я управлял одной левой рукой и был слишком сосредоточен на том, чтобы всё делать правильно. И далеко не сразу — лишь когда шасси убралось полностью — осознал, что лечу.
Рёв и вой ветра, да синее небо — вот всё, что меня окружало.
Набрав высоту, я сделал разворот, слегка наклонив самолёт. Увидел далёкую землю, крохотные ангары — размером со спичечные коробки. Извилистая лента дороги, зелёные поля, холмы, рощи… Где-то вдалеке виднелись Летний дворец и корпуса Академии."
"А небо было бесконечно синим, бездонно-глубоким. И я засмеялся. Возможно, впервые за много лет вдруг ощутил себя свободным и счастливым. Пятнадцатилетний мальчишка цесаревич оказался полностью прав: именно этого чувства мне и не хватало.
Впрочем, моя эйфория длилась недолго, едва ли несколько минут. А потом я вдруг представил, как в эту безупречную синеву тянет извне свои чёрные щупальца Тьма из бездны. Как небо сереет, чернеет. Как весь этот мир обращается в кучку праха…
Я стиснул зубы. Ну уж нет, подруга. Не дождёшься! Не в мою смену.
* * *К Барятино мы подкатили за полтора часа до назначенного срока и, вопреки моим опасениям, скучно здесь никому не было. Надя исполняла роль хозяйки дома, Вова ей старательно помогал. Когда мы прибыли, Надя сразу же завладела целиком и полностью великой княжной Анной, а Вова разговорился с его высочеством Борисом. Пока цесаревич жил в автомастерской и постигал науку ремонта транспортных средств, они с Вовой, оказывается, успели отлично поладить.