Вот и День открытых дверей... Теперь этот филиал Ада считается одним из самых драконьих. Злова переступает теперь через стены толстые, а несекреты в его взгляде зашкаливают. Однако каждый смотрит на него сверху, как на князя над всеми проблемами и чужаками.
— Будьте бдительны и добрейшего вечерочка.
— Ой, как будто в первый раз. — усмехнулась Настя и помахала мне рукой.
Теперь оставалось только ждать.
Конечно, я не исключал того, что наблюдатель и его возможная группировка больше не сунутся… Но здесь снова вступало в силу главное правило Стирателей — лучше «пере», чем «недо».
— Я поставил, что-то типа датчиков движения по всему периметру… Хи-хи… Если что-то или кто-то чужеродное посмеет залезть на территорию Университета — мы об этом узнаем! Хи-хи… Очень на руку местные порядки с закрытием дверей в одиннадцать часов вечера… Хи-хи… — прошептал Хихаль.
— Спасибо большое!
— Не за что… Хи-хи… — ответил Добродель и вновь исчез. Я уже научился распознавать, когда он был на связи, а когда нет. Во время его присутствия мне казалось, что в голове звенят колокольчики. Далёкие… едва уловимые. А когда Хихаль уходил — наступала тишина.
Прибыв в комнату, я взял ноутбук и принялся внимательно изучать вопрос, касательно квест-румов. Там материалов на несколько книг. Кстати, данный тип аттракционов был очень распространен по всей Европе.
"«Она говорит в щель, что когда все уснут, она откроет дверь и залижет меня…» — пришло сообщение от кошки: — «Чертова хаски никак не отстаёт!»
«Крепись» — ответил я, и положив мобильник на тумбочку, продолжил изучать материалы. Да уж… некоторые были большими! Сразу на несколько комнат.
Но мне бросилось в глаза то, что в сети было много примеров из судебной практики, когда актёрам ломали носы, разбивали губы и наносили огромное количество прочих травм. Гости пугались и могли… случайно приложить участника аттракциона рукой или реквизитом. Уф… походу дела — духам придётся не сладко. Надо бы учесть на будущее.
Спал очень чутко, чтобы в случае чего не пропустить звонок или сообщение. Но благо, что ночь прошла спокойно. Устинья самостоятельно вернулась утром, прямо перед тренировкой.
— Это было ужасно… — выдохнула она, положив телефон Толика ко мне на кровать: — Лариса совершенно невоспитанная и не умеет себя вести! Она нюхала меня. Гоняла по тамбуру. Тыкалась носом… И просила поиграть с ней в мяч. Я так устала! Я хочу на ручки… Вы тут без меня лежали в теплой кроватке… Рудольф пела тебе колыбельную и фырчала на ушко! А меня там… чуть не затискали насмерть! — ныла Устинья.
