Вот и День открытых дверей... Теперь этот филиал Ада считается одним из самых драконьих. Злова переступает теперь через стены толстые, а несекреты в его взгляде зашкаливают. Однако каждый смотрит на него сверху, как на князя над всеми проблемами и чужаками.
— Попросила бы убрать с лица эту нахальную ухмылочку, Демидов! То, что вы вообще попали в такую ситуацию — уже отвратительно. Старайтесь больше не попадаться… Иначе, даже Император не защитит вас от моего гнева. — злобно прорычала она: — Если вы не цените устав. Не желаете поддерживать моральный облик студента Императорского Университета… может быть, вас стоит отправить домой на перевоспитание? Посидите годик в поместье. Уму разуму научитесь.
— Погодите! То есть, вы хотите, чтобы я предугадывал любой шаг зажравшихся дворян и преступников, которые не знают меня? Вам не кажется, что это… как минимум — глупо? А ещё — нереально! На данный момент в Москве находится свыше тридцати четырёх бандитских группировок.
— Ах, несправедливым? Господин Демидов, вы уж извините старую и невоспитанную женщину, которая сама себе на уме… Но, вы не думали хоть как-то заявить о себе?
— Заявить о себе? — с удивлением спросил я."
"— Ага. Например — поработать над тем, чтобы каждая собака в городе знала, что Берендеевский парк принадлежит именно вам. А ещё, вы не думали о своём имени? Нет, я не про составную часть, а о том — что именно про вас говорят? Возможно, вы скажите, что я глупая старуха и слишком тороплю события… Но жалкие слухи про уральского медоеда и про то, что после Владимира Аркадьевича Демидова остаётся куча трупов — это вовсе не то, чем должен славится истинный дворянин.
— И, о чём же? — удивился я.
— О том, что нам дорог наш труд. Мы пришли сюда, чтобы ковать будущее. Ковать из чего придётся… Да, мы можем ругаться. Ворчать. Бубнить себе под нос всякую дичь на тему того, что мы ненавидим каждого из вас. Ненавидим это место.
