Вот и День открытых дверей... Теперь этот филиал Ада считается одним из самых драконьих. Злова переступает теперь через стены толстые, а несекреты в его взгляде зашкаливают. Однако каждый смотрит на него сверху, как на князя над всеми проблемами и чужаками.
Ты посмотри на себя! А? Красавец-мужчина! Форма Императорского Университета не может быть заляпана кровью… Пулей вылетишь из своей волшебной шараги и отправишься домой. А я останусь при своём и ещё всем расскажу, какой Демидов у нас дикий… Как будто из леса сбежал.
— Хорошо. Давайте я всё же попытаю счастье ещё разок, ладно? — злорадная улыбка растянулась на моём лице: — ПОЖАЛУЙСТА отдайте Любимову ЕГО здание. Ну, что вам, сложно что ли?
— Ха-ха-ха-ха! — Мурылёв в голос расхохотался. Даже на глазах слёзы выступили: — Уморил, Владимир Аркадьевич! Честно… Но я человек деловой.
— Значит, по-хорошему не хотите? — я сделал максимально печальный вид: — Как же это грустно. А ещё грустно то, что вы даже не представляете, какие чудеса творят полезные знакомства и найденные вовремя очки.
— Очки? — Лукьян перестал ухмыляться и вопросительно посмотрел на меня: — Послушай, щенок. Я уже устал от твоей клоунады. Серьезно! Чем ты можешь меня запугать, кроме своей силы и магии? Ну? Давай быстрее уже.
"— Например, тем, что у меня на вас есть ма-а-а-аленькая папочка с вашими… кхе… секретиками. — я щёлкнул пальцем и Рудольф поднесла к столу здоровенную папку с документацией: — Взгляните! Это, конечно, копии. Но оригиналы мне достать не сложно. Всё это может оказаться там, где надо. И тогда посмотрим, как Можайские будут вас прикрывать. Подумать только… Сколько людей вы обманули. А если Михаил Алексеевич узнает, что вы украли несколько миллионов рублей во время строительства стадиона «Олимпиец», то вряд ли обрадуется…
Лукьян молча перелистывал страницы и с каждой секундой его физиономия становилась всё бледнее, а лысина покрывалась испариной.
— В… Ваше Благородие… Кажется, мы неверно начали наше знакомство… — тихо пробурчал он, закрыв папку.
— Неужели? — я подошёл к столу и наотмашь врезал ему по уху: — Это тебе за щенка, Бильярдный шар.
