Вера в собственные силы у команды ненадышна и опасна. Лина зашла слишком далеко сомнениями, но недооценивать противников не стоит — их проклятые существа продолжают настигать. Дробь №0000 берет противников только издали, и это может стать нашим преимуществом.
— вздохнув, ответила Шанго: — Да, и к тому же — зачем менять то, что создавала эволюция на протяжении миллиардов лет? Человек прекрасен по своей природе! Я считаю, что правильное воспитание затмит первородные инстинкты.
— Решено! Как разберёмся с твоим братом и Сааджем — срочно разрабатываем программу по перевоспитанию людей!
— Фантазёр! — хихикнула Настя и прижалась ко мне: — Но за это я тебя и люблю…
— За больные фантазии? — удивился я.
— За доброе сердце, дурачок.
— Что-то детишки за мной не бегали… А Княжна сказала, что дети чувствуют доброе сердце.
— Не бегали, потому что стеснялись! Особенно те, которые перешли из бойцовского клуба Бизона. Все уши прожужжали о том, какой ты крутой.
— Льстишь… — с подозрением произнёс я: — Знаешь ведь, что я, Сэн и Пушистый хвост не можем быть по-настоящему добрыми.
— Можете. Вообще-то, Сэн и Мирт тоже играли с детишками, просто ты не видел. И что-то сироты не торопились убегать и прятаться.
— Ла-а-адно! Просто, на нас не распространяется определение добра и зла.
— Ты посмотри, какой вёрткий, а? — хохотнула Настя: — Но на самом деле — твоё доброе сердце мне просто очень сильно нравится. А я понятия не имею, за что именно тебя полюбила. Вернее, когда именно произошёл щелчок и меня на тебе переклинило. Наверное, просто так получилось и всё.
— Да ну, не может быть! Вообще-то, я был статным красавцем.
— В Старой Империи?! — Шанго рассмеялась ещё больше: — Метр с кепкой в прыжке на коньках. Ещё и с короткой стрижкой! Сэнтри, когда тебя впервые увидела — сказала, что ты гоблин.
— Ну, спасибо… я ей это припомню…
На самом деле рост моего первого биокорпа составлял где-то в районе 172 сантиметров. Для человека — это более, чем нормально. Но для элитного солдата — маловато.
— Хорошо, раз ты начал эту игру… За что ты полюбил меня? — хитро прищурившись, спросила она.
— Ну… — я задумался: — За твоё отношение к жизни. Вот!
— Это не причина для любви, как и твоё доброе сердце. Для симпатии — да.
— Всё я знаю! Лучше скажи, что будет дальше?
— Турнир, на которым ты обязательно всех победишь, если постараешься. Но будь аккуратнее! Ты можешь победить по факту, но проиграть по очкам.
— Это я знаю. Шан… Я говорю про твоего отца.
— Нашёл, о ком переживать. Да, ему будет больно.
