Вера в собственные силы у команды ненадышна и опасна. Лина зашла слишком далеко сомнениями, но недооценивать противников не стоит — их проклятые существа продолжают настигать. Дробь №0000 берет противников только издали, и это может стать нашим преимуществом.
Так что, Анастасию тоже можно понять.
— Ага… Понять. Тьфу! — Ведьма недовольно сложила руки на груди: — Хоть Настя и кажется милой девочкой, но на деле же… мне кажется, что внутри неё сидит дьявол.
Ты даже не представляешь, насколько близка к истине…
— Почему? — сделав удивлённый вид, поинтересовался я.
— Мавра попросила её выступить на турнире. Настя попыталась отказаться, но тогда Мавре пришлось пойти на самый откровенный шантаж. В итоге, Госпожа Долгорукова устроила настоящее побоище, за что была дисквалифицирована.
— Разве? А мне показалось, что она обычная избалованная девчонка.
— Ладно. Не будем об этом… — Пуся подошла ко мне и приобняла за плечи: — Так, на чём мы остановились?
— Не сейчас… — я медленно отошёл к дивану и взял пальто: — У некоторых людей уникальный слух. Поэтому, лучше не давать им лишнего повода для… «неправильных мыслей».
Ведьма с грустью вздохнула, но понимающе кивнула.
— В общем, проблема с печатью кроется во мне. Так?
— Всё верно.
— Выходит… Мне нужно, каким-то образом начать ещё сильнее уважать Толика.
— Ага. Только дело тут вовсе не в «сильнее». Для начала — нужно просто уважать Толика. Хотя бы самую малость. — заключила Пуся.
— Так я же… уважаю его."
"— Ощущение, будто ты пытаешься обмануть самого себя. — пожав плечами, ответила Ведьма: — Видишь ли, в чём соль? Рано или поздно, вся гадость, которую мы сдерживаем внутри себя по отношению к другим людям — выходит на свободу.
— Я бываю с ним искренним! Но не всегда.
— Почему?
— Поверь, если я буду искренним во всех моментах — то мой план разрушится. Да и… Ладно, я лукавить не буду. Дело тут не только в моём плане. Понимаешь… я насмотрелся на детишек за свою жизнь. И видел всякое. Я не могу этого объяснить… но у меня внутри проснулось неистовое желание сделать из этого очкарика что-нибудь дельное.
— Так… И?
— И, когда он косячит… Я стараюсь быть спокойным. Я не ругаюсь и не бью в душу колкостями о его неумении или неопытности. Потому что знаю — Толик, как и большинство других подростков, принимает всё слишком близко к сердцу. И он запросто разочаруется в самом себе! А для мужчины это — ой, как хреново. Поверь мне — нет ничего хуже, чем парень с заниженной самооценкой.
