Судьба Володи Старинова, смертельно больного мальчишки, родных которого убили бандиты, совершила крутой поворот. Он понадобился российским спецслужбам, которые не пожалели для него ни дорогих лекарств, ни новейших методик боевой подготовки, ни сверхсекретной технологии перехода между мирами. И вот он уже не беспризорник Володя, а — князь Вольдемар, и спасение портового города Тортона в далёком королевстве Локхер зависит только от него…...
— Да ты посмотри на свою конуру!
— Раньше мне ни к чему было заниматься обстановкой.
— Не понимаю я тебя. — Чувствовалось, что мужчина сдался и теперь просто пытается разобраться.
— Я сам не понимаю, — признался Александр. — Но я никак не могу забыть глаза того мальчишки… Скажи, сколько людей из благополучных семей, не говоря уже о людях с улицы, способны забыть о себе и защищать друзей даже при угрозе собственной жизни?
— Ну…
— Вот то-то. Он заслуживает лучшего, и я сделаю всё возможное, чтобы этот мальчик стал счастлив.
— Ну смотри, тебе с ним возиться. А то давай подыщем ему подходящую семью…
— Я сказал нет.
В дверь позвонили. Александр Петрович вскинулся… кого это несёт? Никто вроде бы не должен прийти…
В квартиру вошёл ещё один мужчина с небольшим портфелем.
— Юрка, ты как тут? — Мужчина отошёл от окна и протянул руку.
— Привет, Виктор, — протянул вошедший руку. — Тебя каким ветром сюда занесло?
— Да вот. Пытаюсь отговорить это чудо… Но, похоже, уже поздно.
Юрий вздохнул, сел за стол, достал из портфеля бумаги и молча передал их Александру Петровичу.
— Это передали из больницы, — вздохнул он, — …извини…
Александр Петрович схватил бумаги и быстро пробежал… выронил листы…
— Господи… это точно?
— В таких случаях положено делать повторное обследование, но… Извини, Саш, но не думаю, что это ошибка.
Виктор поднял выпавшие листы и тоже просмотрел.
— Рак?
— Костного мозга.
— Шансы?
Юрий покачал головой.
— Слишком поздно. Болезнь, похоже, развивалась уже давно и сейчас… — он махнул рукой.
— И сколько ему осталось? — хрипло поинтересовался Александр Петрович.
— Полгода максимум.
Мужчина схватился за голову и опустился на диван.
— Скажи, за что это всё ему? Столько пережил и… Неужели ничего нельзя сделать? Ты же врач!
— Но не господь Бог! Есть методики лечения, но… они не излечат — продлят агонию, но не больше.
— Сколько?
— Что сколько?
— Сколько эти методики дадут времени?
— Гм… Если бы Володя не жил на улице я бы сказал о пяти годах, но так… три, три с половиной года.
— Три года… Но это всё равно лучше, чем ничего. Я… я не отступлюсь. Пусть три года, но я, чёрт возьми, сделаю эти три года самыми счастливыми для него!!!
Врач вздохнул.
— Ты знаешь, сколько стоит месячный курс по этим методикам? Как раз наши с тобой зарплаты.
