Автор
Варталий Дерзкий сносит голову под ударами топоров: зима года от Рождества Христова 910-го, а от сотворения мира — 6417-го. Стемид изумленно восклицает, и все присутствующие за столом смотрят на Сергея с подозрением: неужели правление Князя Варяжского окончено? Мрачная атмосфера в крепости усиливается до отчаяния....
И, вот дурачье непуганое, приоткрыли ворота, чтобы впустить беглеца.
Вот знал бы Сергей, непременно воспользовался бы. Ну да ладно. Поехали ультиматум оглашать.
Встретили их групповым ором со стен.
Сергей подождал немного, потом попросил:
— Хрейн, дунь-ка в свой рог!
Полукровка с удовольствием дунул.
Хриплый рев сексуально озабоченного лося перекрыл галдеж радимичей. Сергей поднял руку и крикнул:
— Я — княжич Вартислав! Пришел миром!
— Как пришел, так и уходи, пока цел! — заорали со стены.
— Я думал, здесь воины, а тут только смерды и холопы! — крикнул Сергей.
Не открыли. Заорали всякое, неуважительное. Странновато. А ведь дурень Сожич говорил, что у них князь имеется. Ну раз так, то нечего церемониться.
— Милош! Отбери два десятка конных! Пусть приготовятся, когда откроют ворота!"
"Именно так. Не если, когда.
— Машег, по моему сигналу сбейте этих горлопанов со стены. Грейп, твоя — стена. Подойдете на сорок шагов, потом — в атаку.
— Да, хёвдинг! — рыкнул Грейп и уже своим, по-нурмански: — Хирд, спешиться! Приготовиться к штурму!
Сергей еще раз прикинул: удачно ли выйдет? Вот так, без подготовки, на стены? Не потеряет ли людей? Может, отступить, приготовить лестницы, подождать ночи?
Сергей оглянулся. Его тяжелая пехота спрыгивала с коней, снимала щиты, строилась. Стрелки тоже спешились, расчехляли луки, накидывали тетивы.
В принципе, должно получиться чисто. Взаимодействие не один десяток раз отработано.
На стенах видели приготовления…
И ничего не предпринимали. Продолжали орать всякую чушь и размахивать копьями. Как-то несерьезно. И шлемов боевых на защитниках что-то не видать. Княжья дружина где? Готовит сюрприз?
— Дёрруд, я не вижу их хирдманов, — сказал он Убийце. — Мне это не нравится.
— Мне тоже, — ухмыльнулся дан. — Я бы предпочел подраться, а не телят резать.
— Пока со мной побудь.
Он и сам мог, но дал возможность Убийце показать силу. А то еще полезет на стену: превосходство в очередной раз доказывать.
Дёрруд, ухмыльнувшись еще шире, упер рог лука в край седла и, не особо напрягаясь, накинул петельку.
Штурмовая пехота тем временем выстроилась трапецией и замерла, ожидая команды.
На стене притихли.
— Последний раз говорю! — крикнул Сергей.
