Автор
В темноте княжны Варвары Разумовской поднимается лишь тусклый огонек свечи, а ее лицо покрыто испариной. Подумав, что может вызвать Соню, она вспоминает, что дочь сейчас у другой семьи и сердце замирает от недовольства. В окно взглянула на черную ночь — неужели это настоящая беда?...
Или пытаться докопаться до правды.
— Почему ты на это согласился? Чего тебе не хватало? Ты родился сыном князя, не в крестьянской семье.
Серж обжег меня кислым взглядом и бегло пожал плечами.
— Хотел досадить отцу, — буднично и просто произнес он, и я сразу же поверила.
В этот раз он говорил правду.
— И что же? — с горечью поинтересовалась я. — Получилось?
— Пока нет.
После этих слов Серж разом как-то обмяк и сгорбился. А вскоре уронил голову на грудь, не желая больше со мной говорить. Я и не хотела.
Ближе к полудню в особняк вернулся Георгий вместе с приехавшими из Москвы офицерами и приставами.
— А где-то будет отражено, что Сержа схватили вы и граф Каховский? — незаметно вдоль стены я подошла к мужу, который негромко беседовал о чем-то с дворецким и управляющим имением.
Отпустив их коротким кивком, Георгий повернулся ко мне.
— Непременно. В конце страницы мелким, неразборчивым почерком, — сказал он без тени улыбки.
Он был не брит: не успел утром, и на лице проступила короткая щетина. Руку закололо от желания прикоснуться к его скулам и подбородку. Но я не могла. И потому оставалось лишь любоваться издалека, и чувствовать, как в груди все сжималось от тоскливого ощущения.
— Как вы добрались вместе с отцом?
Князь усмехнулся.
— В разных экипажах. Был благословлен обществом Николая Устиновича.
Чтобы не рассмеяться, мне пришлось крепко поджать губы.
— Я могла бы с ним поговорить. Раз уж так получилось, и он здесь.
— И о чем же? — с прохладой поинтересовался мой муж.
— О том, что все его действия лишены смысла. Разумеется, я не намерена... — я бросила на него быстрый взгляд, — не намерена даже раздумывать над его предложением о разводе. И потому он должен отбросить эту мелочность и прекратить тебе мстить.
Я почувствовала, как ладонь Георгия крепко обхватила мое запястье.
— Ты не будешь с ним говорить, — голос князя был низким и твердым.
— Почему это? — я попыталась вырвать руку, но он удерживал ее слишком крепко.
— Потому что тебе не нужно в это вмешиваться. Это не твоя задача. И уж тем более не твое дело.
— Не мое дело? — я вскинула брови, почувствовав, как в груди закипел гнев. — Отец нападает на тебя, на наш брак. Думаешь, это меня не касается?
— Варвара, хватит, — в его голосе прозвучала железная нотка. — Я разберусь с ним сам.
